Кивнув собственным мыслям пошла на еще один. Теперь я чуть замедлилась и принялась разглядывать не только камни под ногами, но и смотрела по сторонам. Низенький забор позволил подглядеть на задний двор соседнего дома, очень похожего по архитектуре, но из камня красноватых оттенков. Повторялись огромные окна, количество этажей и покатая крыша. Различия были в заднем дворе. Высокая трава, заросшие дорожки, нет ни одного цветника, лишь растущие свободно кусты. И при этом в доме кто-то жил. Задняя дверь была открыта и там кипела работа. Пахло свежим хлебом, чем-то еще вкусным, звучали голоса. Если это хваленая естественность царила в соседнем саду, то мне точно не по пути. Мы с мамой высаживали цветы как на дачи, так и у нашего дома в городе. Мама даже укореняла все подаренные отцом розы, проращивая их в картошке и прикрывая пузатыми стеклянными банками. На даче был настоящий розарий, мамина гордость и объект зависти соседок. Они цвели до самых холодов, радуя великолепные ароматом. Потом, мама их тщательно обрезала, и укутывала в морозы.
Ди Нолан явно пыталась не сильно выделяться из общего ряда привычных участков. И хоть фруктовые деревья росли, траву она не стригла, так, только переплетала в косы, пригибая к земле. Причудливые узоры, витиеватые изгибы и вот уже не заросли вольно растущего сорняка, а целый узор из плетеных пучков зелени. Вышло красиво и оригинально.
Сделав третий круг, я вернулась в дом. На верхних этажах хлопали двери, слышались голоса, жильцы своеобразного общежития еще не спускались, но и поспать под такой шум уже не получится ни у кого. По первому этажу ползли аппетитные запахи, вот за ними я и пошла, шлепая носками, таща кеды за шнурки. Мама никогда не одобряла хождения в уличной обуви по дому, да и брезгливо мне было ходить по начищенному паркету своими кедами. Их я брала как сменку на случай дождя, притертые, любимые и далеко не новые.
Я прошла через красивую, виденную вчера гостиную, мимо столовой поражавшей обилием позолоты в декоре, светлой мебелью и огромным столом. У нас дома даже праздничный стол был куда меньше, а тут не раздвижной, обычный лакированный, протяженностью с лимузин. К нему прилагались в едином ансамбле стулья, не менее тридцати штук! Оглядев еще раз помещение, я покачала головой. К такому меня не готовили даже парочка дорогих ресторанов, где довелось побывать. Банкетные залы проигрывали в убранстве этой обеденной: расписные стены с бегущими к водопаду животными, каждая фигурка расписана вручную, им придали форму и объем. Как живые олени, зайцы и кабаны смотрели на меня.
Полюбовавшись еще немного, я дошла до кухни. Как и все тут большой, на три плиты, с кухонным островом по середине и несколькими, разделенными огромным стеллажом, столами у стены. Куча кастрюль, сковородок, поварешек и черпаков были мечтой любого повара. Все это стояло на полках, висело и скрывалось за дверцами.
Среди этого великолепия, ловко перемещалась маленькая девочка с непривычной для моего взгляда фиолетовой косой. Такой колоритный личности я вчера не заметила в толпе любопытных. Волосы спрятаны под косынку, белые нарукавники защищали зеленое платье, как и фартук до колен. Она одновременно резала зелень, помешивала кипящую кашу в кастрюле и поглядывала на стекло духовки, чередуя действия и переходя к новому делу, словно не могла выбрать на чем остановиться.
- Доброго утра, - обратила на себя внимание, когда она в очередной раз перешла к нарезке зелени, но еще не взяла нож.
- Ой! Не пугай меня пожалуйста, а то я не успеваю с завтраком, - кинув взглянула на меня и опять принялась за готовкой.
- Я могу чем-то помочь?
- Да. Нарежь травы, только надень рабочую одежду, там есть чистый комплект.
- Где именно?
- А, ты наверное новенькая. В первом напольном шкафу всегда есть вещи и кухонные полотенца, - махнув рукой, в нужном направлении, она принялась активно помешивать кашу. – Я бы помогла тебе разобраться, но кукурузная крупа у меня подгорает постоянно! А я не люблю когда девки морщат носы. Сами не готовят, а как построить из себя принцесс так горазды!