Въезд в дом представлял собой широкую, выложенную брусчаткой дорожку, ведущую от ворот прямо к гаражу, расположенному сбоку дома. Ворота, высокие и основательные, тоже были коваными, украшенными тонкими узорами, напоминающими ветви деревьев.
Давид, не сбавляя скорости, потянулся рукой к небольшому пульту, который был у него в рюкзаке. Его палец нажал на кнопку, и тяжёлые кованые ворота, словно по волшебству, начали плавно и бесшумно открываться внутрь. Будто приглашая их на территорию, которая, как они надеялись, станет их убежищем от ужаса, что преследовал их.
Из дома вышел Вениамин, отец Давида. Ему было около сорока пяти лет, но выглядел он значительно моложе. Высокий, подтянутый, с широкими плечами и уверенной осанкой. Его тёмные волосы были аккуратно уложены, с легкой проседью на висках, что придавало ему благородства. Лицо Вениамина было одухотворённым, с глубокими, проницательными глазами цвета тёмного мёда, в которых читались мудрость и спокойствие. На нём была простая, но чистая льняная рубашка и свободные брюки, создающие ощущение непринуждённости и комфорта.
Он поднял руку, возвёл взгляд к вечернему небу, и его губы начали говорить слова на странном, певучем языке. Это была не обычная молитва. Звуки были мелодичными, но в то же время непривычными, словно песня древнего ветра или переливы незнакомого ручья. Голос Вениамина не повышался, но эта "небесная" речь наполнила воздух вокруг машины Макса, заставив каждого вздрогнуть. По телу Анжелы пробежали мурашки, а Светлана инстинктивно прижалась к ней.
— Давид, а что за язык интересный? — тихо спросила Анжела, наблюдая за отцом Давида, заворожённая его сосредоточенностью и этими необычными звуками. — Я первый раз такое вижу.
Давид, который уже немного успокоился после напряжённой поездки, взглянул на неё. — Не переживай, — продолжил он, — это Небесный язык, или, как его ещё называют, "иной язык". В Библии написано, что Дух Святой даёт его каждому сыну Божьему в знамение, что Дух Святой внутри сердца человека. Это... связь с чем-то большим.
— А теперь понятно, — сказал Макс, кивая. Он заглушил двигатель и убрал ключи от машины в карман. — Я слышал о рождённых свыше людях, но явно не видел, как в реальности происходит молитва на языках. Впечатляет.
Вениамин закончил молиться. Его лицо просветлело, и он опустил руку. С легкой улыбкой он подошел к машине, открыл водительскую дверь и крепко обнял Давида, потрепав его по спине. Затем протянул руки, чтобы поздороваться с остальными, его взгляд задержался на каждом из них, словно он пытался прочесть их души. В его прикосновении чувствовались тепло и искренность.
— Ладно, пройдите в дом, — сказал отец, его голос был низким и обволакивающим. — Я поставил защиту от бесов и демонов, так что они не пройдут сюда, можете быть спокойны. Как раз расскажите подробно, что у вас случилось на самом деле. Мне нужно знать всё.
Все дружно последовали за Вениамином, проходя через широкие входные двери. Они оказались в просторной прихожей, от которой веяло уютом и чистотой. С правой стороны открывался вид на современную кухню с большим столом, на котором стояла ваза со свежими фруктами. Воздух в доме был наполнен мягким ароматом древесины и лёгкой примесью чего-то травяного, умиротворяющего.
Пройдя дальше, они оказались в просторной гостиной. Главным центром притяжения здесь был огромный, сложенный из натурального камня камин, в котором весело потрескивали поленья, отбрасывая золотистые блики на стены. От живого огня исходило приятное тепло, наполняя комнату уютом. Рядом с камином стояли два глубоких, обтянутых мягкой кожей кресла, а напротив них – большой, удобный диван с множеством подушек.
На стенах висели картины с библейскими сюжетами, а на полках книжных шкафов теснились сотни томов, среди которых, судя по корешкам, были как религиозные тексты, так и светская литература. Вся атмосфера дома дышала покоем, мудростью и какой-то незримой силой, которая, казалось, обволакивала и защищала.
Команда, ощутив облегчение от того, что оказалась в этом безопасном убежище, плюхнулась на мягкий диван. Вениамин грациозно опустился в своё любимое кресло, напротив. Давид всё ещё немного краснел и, кажется, не решался начать разговор.
Вениамин ободряюще улыбнулся. — Рассказывайте, — сказал он, его голос был спокойным и уверенным. — Здесь все свои. Главное, не утаивайте ни одной детали. Мне нужно понять всю картину.
Команда устроилась на мягком диване, Вениамин — в своем любимом кресле. Атмосфера в комнате, казалось, успокаивала, но напряжение, витавшее в воздухе, было ощутимым. Давид, всё ещё немного покрасневший, не решался начать, поэтому слово взяла Анжела.