Охранник двигался слишком неестественно. Его глаза закрывались по очереди, а голову иногда клинило вбок. Движения были скорее механические, чем живые. Всё как у кукол, которых находил отец в ходе своих исследований.
— Он что, лагает? — удивленно спросила Алёна.
А я просто взяла пульсар и, ничего не говоря, выстрелила мужчине в лоб.
Подруга завизжала и отпрыгнула в сторону, а я смотрела, как с оставшегося куска металлического черепа сползает то, что ещё секунду назад было лицом.
Красота. Мужчина что-то зажужжал и осел.
— Робот! — пискнула подруга и закрыла лицо ладонями.
Я подошла ближе и подковырнула палочкой слезшую кожу. На внутренней стороне материала была рифлёная поверхность. Значит, это не человеческая кожа. А также это значит, что перед нами лежит робот, а не модифицированный. Но я всё равно решила, что сейчас самое время отправить Петру сообщение с нашими координатами.
— Анжела, а что если тут есть модифицированные? Бедный мой Илюшка. А что если они его того?…
— Не знаю, этот был просто роботом. Если встретим модифицированных, стреляем на поражение. Даже если им будет твой Илюшка.
— Тогда гаси и меня вместе с ним!
Драматично воскликнула подруга и обиженно сложила руки у груди.
Знала бы она, что он тут по моей вине. Хотя в чем тут моя вина? Я просто сходила в зоопарк. Как я могла подумать, что группа психопатов начнёт вырезать всех моих друзей? Это они во всём виноваты. Это их нужно гасить! Я разозлилась, схватила подругу за руку и потащила в зоопарк.
Первой мы увидели гиену. Животное радостно подпрыгнуло к прутьям клетки, осмотрело нас и радостно заржало, будто увидело старого друга. Но буквально через секунду глаза гиены засветились и начали стрелять в нас пучками света.
В этот раз кричала я, а смелая Алёна выстрелом отняла животному пол-головы. Успокоившись, я сказала:
— Давай идти тише, стараемся не привлекать их внимание. Ой чуть не забыла, Пётр сказал не смотреть им в глаза. Эти роботы каким-то образом через зрительный контакт могут повлиять на наше мышление.
Алёна ничего не ответила, только кивнула и крепче сжала мою руку. Я посмотрела на испуганное лицо подруги и решила, что сейчас самое время для рома. И нервишки успокоим и не так страшно будет.
Ловким движением руки я достала из рюкзака флягу, открутила крышку, сделала мощный глоток и поморщилась.
— Джин был лучше.
Алёна взяла у меня из рук флягу и как залихватский алкаш выдула залпом половину фляги. После этого она поморщилась, громко икнула и улыбнулась.
— Вкусно, только жжётся.
Дальше всё пошло веселей. Мы долго бродили между вольерами, перестреляли кучу тварей.
Какие-то обезьяны швырялись в нас взрывающимися бананами. Почему на их пальме растут такие бананы — ума не приложу. Не сами же они такую вырастили, хотя…
Чуть дальше у носорога поднялся рог, а под ним оказалась пульсар-пушка, только какая-то необычная. Она стреляла не искажённой энергией, а странными металлическими штучками. Алёна несколько этих штучек выковыряла ножиком из дерева и сунула их в карман. Сказала, что на удачу.
Мимо страуса мы решили не проходить, а завернули к крокодилу. Кто бы мог подумать, что и зубами можно стрелять?
— Анжела, почему все эти животные хотят нас убить?
— Чёрт его знает.
Бедная Алёна пугалась и визжала от любого шороха. Эх, неделю назад я была такая же, а теперь будто что-то переключилось внутри. Сейчас мне было просто наплевать даже на черепаху с сюрикенами. Хорошо, что они не смогли пролететь сквозь плотную сетку ограждения. Всё же Весёлый Ленька постарался обезопасить посетителей от дружелюбных животных.
Дальше по курсу нас ждали пингвины и жираф. Ну с пингвинами было всё ясно, глаза-лазеры, а вот жираф меня поразил. Его копыто было укомплектовано ультразвуковой пушкой. Как хорошо, что он за сеткой, а на нас шлемы.
Когда пингвины и жираф были обезврежены, то мы начали искать вход в низ. За кустами ничего не было, под камнями тоже.
— Анжела, я вот что думаю. Если вход где-то между пингвинами и жирафом, но мы тут уже всё основательно обыскали, то может вход внутри этого чудесного дерева?
Я почесала шлем и задумалась, а почему бы и нет. Но насколько я помнила, все технологии древних, которые были связаны с деревьями, всегда активизировались слюной. И, как правило, особенной слюной. Но это только гипотезы из отчетов отца, и ещё из той легенды. Пришло время их проверить.
— Если дерево наш вход, то его нужно лизнуть. — сказала я Алёне.
Подруга скривилась, но потом смело подошла к дереву и… о, да! Она его лизнула! Моя хорошая, моя правильная Алёна лизнула дерево!
Я тихо хихикнула в перчатку, а потом замерла от удивления. Дерево закрутилось на месте, загудело, затарахтело и раскрылось. Получился самый настоящий вход в подземелье.
— Кто бы мог подумать. — сказала я подруге.
— Что-то у меня нет желания туда идти, вдруг там ловушки? — ответила мне Алёна.
— Ну мы же не зря набрали столько хлама. Как думаешь, с чего стоит начать? Может, с фонарика?
— Лучше с рома и надувной куклы.
Ну ром понятно, это нужно в себя лить, но для чего Алёне кукла?
— А кукла зачем?
— А она пойдет первой.
Я достала флягу с ромом, Алёна куклу.
Девушка надувала верхнюю часть куклы, а я нижнюю. Когда кукла начала приобретать некоторые формы, то у нас обеих встал вопрос. А зачем отцу на складе такая кукла?
— Она, что для… того?
Алёна показала очень странный жест рукой, но я догадалась к чему она клонит.
— Ну если учесть, что этой кукле явно не хватает бюстгальтера и трусиков, чтобы прикрыть все пикантные зоны, да и рот закрыть ей бы не помешало, то да, боюсь, это как раз такая кукла. И не думаю, что она принадлежит моему отцу.
Слегка пьяная подруга весело засмеялась и продолжила дуть в нашу красавицу.
Первой, как мы и хотели, пошла кукла, которую мы так находчиво привязали к разлапистой ветке, а следом за ней отправились совсем не пьяные мы. Закрученная лестница уводила нас глубоко под землю.
Когда вокруг стало совсем темно, то мы засунули кукле в рот включенный фонарик. А спустя ещё несколько лестничных пролетов на кукле уже было любимое Алёнкино платье, которое она зачем-то носила в рюкзаке, и мой шарфик, завязанный вместо волос на голове.
Когда лестница закончилась, то мы оказались у входа в большое и плохо освещенное помещение. За дверью было слышно какое-то движение, шуршание и странные стоны.
— Я открываю дверь, а ты суй куклу. — Сказала я Алёне.
— Но мы так ничего не увидим, увидит только кукла.
— Визор прицепи ей на глаза и пусть передает нам на кристаллофон.
Когда визор был установлен и подключен, я открыла дверь и Алёна засунула половину куклы в дверной проем.
Визор отправил нам на фон изображение комнаты. Это было круглое помещение, половина которого была заставлена какими-то древними компьютерами. Они гудели, мигали, моргали и что-то показывали.
В центре помещения в огромной клетке на полу сидел совершенно голый и совсем теперь не весёлый Леонид. А под стенкой как собаки на цепи сидели три девушки и один Илюша.
К нашей радости все они были живы. Но вот фонарик в рту куклы мы оставили зря, хватило бы и визора.
По комнате между рядами компьютеров на длинных механических ногах ходил паукообразный тостер. Он развернулся и зашипел на куклу:
— Ты кто?
— Я Алёнаааа. — зашипела в ответ трезвая как стеклышко Алёна.
Илюша здорово оживился, видно было, что он очень волнуется за девушку. А Леонид постарался прикрыться как мог. Хотя с его пузом, мог бы просто сидеть ровно.
Я ещё раз послала вызов с нашими координатами Петру.
— А ты кто? — спросила кукла-Алёна.
— Я — Мерлин! — гордо прошипел тостер и начал приближаться к кукле.
Эх, динамиту бы.
— Мерлин мёртв. — крикнула я из-за двери.
Повезло нам, что тостеры не различают голосов, поэтому он и не понял, что за дверью есть ещё кто-то.