Теперь я осознаю всю серьёзность ситуации. Пока я лихорадочно думаю о том, что меня ждёт, я украдкой рассматриваю владельца машины. Высокий, подкаченный, слегка смуглый от солнца, с массивными чертами лица. Стильно постриженные короткие русые волосы. Белый летний костюм с наполовину расстёгнутой рубашкой. Дорогущие часы на руке, которой он обхватил мои запястья. Наверное, он ярый сердцеед.
— Раз уж у тебя такая дорогая машина, — подаю я голос, — то ты и сам в состоянии обслужить её. Зачем тебе трясти деньги с какой-то нищей незнакомки?
— Ты издеваешься? — с серьёзным видом поворачивается мужчина ко мне. — Ты думала, что тебе это так легко сойдёт с рук? Тебе крупно не повезло. Я очень принципиальный и доведу дело до полиции.
Я фыркаю и отворачиваюсь. Рассматриваю ярко-голубое небо с плывущими по нему воздушными облаками, поблёскивающее море. Наверное, в последний раз вижу этот прекрасный пейзаж… Теперь небо буду видеть только в решёточку.
Да ну, мне, наверное, просто выпишут штраф и заставят возместить ущерб. Только где я достану деньги — неизвестно.
Спустившись вместе со мной к отелю, незнакомец берёт запись с камеры видеонаблюдения, чтобы точно доказать мою вину. Я пытаюсь хоть как-то исправить ситуацию, но этот мужлан непробиваем. Меня поразило то, с какой лёгкостью он достал видео с камер. Он случайно не владелец этого отеля?
Около двух часов я торчу в полицейском участке. Константин — владелец машины, чьё имя я узнала благодаря заявлению, — напряженно ждёт вместе со мной, когда освободится участковый. Вид у потерпевшего такой, словно я в любую секунду могу сбежать. А какой смысл? Меня ведь уже привезли сюда. Не то ещё привлекут за уклонение от исполнения закона…
Участковый оказывается весёлым юморным мужчиной за пятьдесят. Сначала он долго причитает и смеётся над тем, как хрупкая миниатюрная девушка так угробила автомобиль.
— Поссорились, наверное, молодёжь? — сочувствующе спрашивает участковый, сидя напротив нас за столом. — Молодые бранятся — только тешатся.
Я закашливаюсь.
— Мы не пара, — отрезает Константин, скрестив руки на груди, — я её впервые вижу.
— О как, — озадачивается полицейский, — почему же тогда очаровательная девушка разбила ваш автомобиль?
— Я хотела разбить машину бывшего, — сухо бросаю я, уставившись в точку на полу. — Перепутала.
Участковый разражается новым залпом смеха. Но мне и Константину совсем не смешно.
— Да-а-а, не повезло, — протягивает сотрудник, откинувшись в кресле. — То есть, вы думали, если разобьёте машину бывшего, то он не обратится в полицию?
— Он знает, что у меня ни гроша в кармане. Не обратился бы.
Хотя, я и сама уже сомневаюсь в этом. Стас же с лёгкостью изменил мне с другой, когда я вообще не ожидала от него такого поступка. Не знаю, что бы он мне устроил в такой ситуации. Нужно было сразу понять, что план мести провальный.
— Эх, Анжелика Ринатовна, — театрально вздыхает полицейский, — зря вы так поступили. Разговорами надо решать все конфликты с любимым человеком, а не хулиганством. Разговорами!
— Не учите меня жизни и напишите уже это чёртово заявление, наконец, — сквозь зубы говорю я, и сотрудник сразу затыкается.
В итоге я получаю штраф на кругленькую сумму. Константин успевает за это время позвонить мастеру в сервисный центр и узнать стоимость ремонта. Он предоставляет официальные документы и требует от меня сумму ещё крупнее, чем сам штраф. Мне нужно оторвать от сердца три мои зарплаты.
По-крупному вляпалась. Хуже некуда.
Константин даёт мне реквизиты своего счёта и, пожав руку участковому, стремительно направляется к выходу. Еле слышно я прощаюсь с полицейскими и на ватных ногах плетусь за мужчиной, который доставил мне проблемы. Или я ему.
Когда я выхожу, он стоит перед дорогой, что-то нажимая в смартфоне.
— Ну что, добился своего? — не выдержав, выпаливаю я от безысходности. — Ты, тупой мажор, с лёгкостью сейчас заплатишь за ремонт своей машинки, и через недельку она будет как новенькая, а я буду полгода горбатиться, чтобы заплатить тебе деньги!
Его скулы сжимаются.
— Слушай, — поворачивается Константин ко мне, — по-моему, я должен возмущаться, а не ты. Вообще-тоя́пострадавший. Мою машину разбили, а не твою. Ничего страшного, устроишься на две работы и всё оплатишь. Может, пойдёт на пользу. Не будешь заниматься всякой хренью.
— Сволочь, — выплёвываю я, наблюдая, как к нам подъезжает такси.
— Всего доброго, — напоследок говорит мужчина и садится в машину. — Жду деньги в течение двух месяцев.