В его кабинет она пришла уже без фартука, и без вечно сопровождающего её в последние дни кота. Может, не так и плохо, с котом-то? Мыши с впрямь взяли много воли, вместе с крысами. Нужно сказать господину Греви, пусть распорядится завести ещё нескольких.
- Я снова поразила вас, и снова неприятно? - зелёные глаза сверкнули.
- Отчего вы так подумали? - он постарался улыбнуться как можно более мягко. - Нет, Анжелика. Вы поразили меня... просто поразили. Если бы не ваши умелые руки, я бы до сих пор лежал и страдал, а вы ещё и утром побаловали нас всех неведомым и очень вкусным блюдом. Это из кухни вашей родины?
- Да. У нас такие пекут. По особым случаям и просто так.
- А сегодня? Особый случай? - он взглянул ей в глаза.
- Особый случай просто так, - отшутилась она.
- Анжелика, через десять дней нам нужно отправляться в столицу.
- И срочно венчаться? - вздохнула она.
- Нет. Его величество повелел сначала представить вас ему.
- Зачем ещё? - нахмурилась она.
Ну вот. Зачем представляют королю? Да любая девчонка обрадовалась бы, услышь она такое - в столицу, ко двору, представить его величеству!
- Он захотел познакомиться с моей невестой. И лично посмотреть, из-за какой девицы мы спорим с дядюшкой Жилем.
- И что он может нам сделать? - она продолжала хмуриться.
- Всё, что угодно, - пожал плечами Анри.
- Как так? И запретить пожениться тоже?
- Он может решить, что вы больше подходите дяде, нежели племяннику.
- Того дядю я в глаза не видела, а вас уже так-то знаю. Поэтому дядя обломился и пошёл лесом-полем. Зачем он мне сдался-то, дядя?
- Если король прикажет, мы должны будем подчиниться.
- Да ладно, - не поверила она. - Даже если он прикажет какую-нибудь хрень несусветную?
- Даже так, - улыбнулся он. - Но я очень прошу вас нигде и ни с кем не говорить о его величестве подобным образом.
- И даже с вами? - усмехнулась она.
- Я уж как-нибудь перетерплю, - усмехнулся в ответ Анри. - И мои друзья, полагаю, тоже.
- А с остальными я помолчу. На радость вам, - и она ещё подмигивает! - А вообще, это же ура.
- Почему? - не понял он.
- Ну, отсрочка приговора, - и продолжает усмехаться. - И мне, и вам. А мы за это время... привыкнем друг к другу.
Это верно, привыкнут. Сейчас она уже не повергает его ни в бешенство, ни в уныние, как было в начале, сейчас он понимает, что с ней можно и поговорить, и посмеяться. и не только.
- Да, верно. Но вы готовы. держаться меня?
- Вашей стороны против неведомого дядюшки? Я бы на него взглянула, конечно, для уверенности, но вроде ж обещала уже. Вы пока своего слова обратно не брали, я-то с чего буду?
- То есть. вы согласны выйти за меня замуж, - он взглянул на неё внимательно, но потом чуть выдохнул и улыбнулся.
- А вам бы этого хотелось? - она тоже умеет внимательно смотреть.
- Да, Анжелика. Мне бы этого хотелось, - Анри взял её за обе руки.
Она совсем не такая, как представлялось ему, но такой, как она есть, в целом мире нет больше ни одной, наверное.
- Я согласна, Анри. Сейчас или потом - не важно, но потом, конечно, лучше.
- Все девицы хотят замуж поскорее, а вы?
- А я не все, - усмешка вышла очень забавной. - Понимаете, дома я бы не ходила замуж ещё лет десять, ну, разве что если бы залетела по дурости.
- Если бы что сделали? - не понял Анри.
- Ну, забеременела, - рассмеялась она.
- Это понятно, - кивнул он. - И отчего так? Неужели в девицах лучше?
- Лучше - сначала понять, как вообще дальше жить. Выучиться, начать работать, накопить денег. Хорошо бы мир хоть немного посмотреть, вдруг потом, когда родятся дети, деньги кончатся, новых не будет и наступит жопа? Ну и у нас не лезут замуж, не глядя, сначала съезжаются, живут вместе и смотрят. Смогут вообще вместе, или нет. И в доме, и в делах, и в постели.
Вот как, оказывается. Смогут ли вместе.
- И вы сейчас... смотрите?
- Конечно, - улыбнулась она. - Надо понять, чего от вас ждать.
- Ничего плохого, уверяю вас. Вы очень красивая, и просто необыкновенная.
- А как же мой дурной характер? Представьте, родится ребёнок, и будет по характеру, как я? Не как вы - суровый и сдержанный, а орать почем зря по всякому поводу? И будете вы его шпынять, что он похож не на вас, прекрасного, а на свою дурную мать?
- Зачем вы так говорите? - откуда у неё в голове мысли-то такие берутся?
- По опыту, - сверкнула она глазами. - По горькому жизненному опыту.
- Да ну его, ваш опыт, - он притянул её к себе и поцеловал.
Пусть лучше обнимает его и ластится, как ночью.
За спиной без стука отворилась дверь.
- Мне очень приятно, что в ваших делах что-то сдвинулось к лучшему, но - надо поговорить.