Здесь-то сложностей не возникнет - Анри определённо хочет породить наследников, и что уж говорить, эта живая и дерзкая чужеземка будет очень неплохой принцессой. Лучшей, чем её предшественница - та двух слов связать не могла и ни одной книги за свою жизнь не прочитала. Эта, когда пообтешется, будет отлично принимать гостей, организовывать приёмы, выдумывать развлечения и приглядывать за хозяйством.
Принцессе Катрин понравилось, как Анжелика взялась осваиваться на новом месте. Как изучала всё, что подлежало изучению, как старалась взять под контроль свои внезапно пробудившиеся способности. Как воевала с управляющим и главным поваром за котов против крыс. Конечно, когда девочки - Лионелла и Франсуаза - взялись повторять некоторые её словечки, им пришлось сделать внушение о том, что не стоит вести себя как после тяжёлой болезни, но в целом Катрин не видела в ситуации ничего особенно ужасного. Привыкнет. Научится.
Грустно было, что племянник не испытывал к невесте никаких особенных чувств. Он заботился о ней и следил, чтобы у неё было всё необходимое, и чтобы она училась всему необходимому, но - не более. Конечно, сын Франсуа не очень-то умел показывать чувства, откуда бы ему, но способен ли он их испытывать?
В детстве они были словно четыре стихии - два брата и две сестры. Конечно, был ещё Луи, самый старший, рождённый другой матерью, но ему к моменту рождения Катрин было уже одиннадцать, а ещё шесть лет спустя он погиб. Из остальных детей его высочества Людовика Катрин родилась первой, и она определённо была водой. Вода была ей другом и соратником с детства, вода утешала, вода вдохновляла, вода переносила небольшие сообщения, вода лечила. Франсуа появился на свет следующим, и это, несомненно, был камень. Земля в своём наитвердейшем проявлении. Он никогда не отказывался от своих слов и не отступал от принятых решений, он всегда настаивал на том, чтобы и другие держались своего слова и доводили дела до конца. Ни одна мелочь не ускользала от него, всё вокруг шло по раз и навсегда установленному порядку. Катрин и представить не могла, каково с ним было бедной Агнесс, его супруге, потому что на свадьбе она выглядела живой и счастливой, а уже через пару лет после - потухшей и печальной. Конечно, выкидыши и смерти детей не способствуют счастью, но отчего бы им не пережить эти беды с Франсуа вместе? Но нет, она переживала сама, а он - тоже сам. Помнится, Катрин однажды попыталась поговорить с невесткой, но - та только вежливо поблагодарила и сжала губы. Пришлось отступить. А Агнесс в итоге дарила больше любви своему саду и цветам, чем мужу и единственному выжившему сыну. Откуда ж при таком раскладе Анри научился бы любить?
И двое младших - сестрица Анриетта и братец Жиль - тоже не могли похвастаться приличной семейной жизнью. Анриетта - это огонь, это мощный и сильный огонь, но -увы, выгоревший. Ей самой пришлось возглавить оборону мужнина замка от еретиков и их наёмников, и она положила их всех, но - израсходовала слишком много сил и не смогла после восстановиться, и не было рядом другого мага, чтобы ей помочь. Она осталась жива, но не смогла родить, даже забеременеть ни разу не смогла. А муж, герцог Сеголен, вскоре после того погиб. Теперь Анриетта живет сама-одна, развлекается написанием книг и утверждает, что нисколько не страдает от одинокой жизни.
Братец Жиль родился последним из их четвёрки, и сразу было ясно, что это - ветер. Слуги в Лимее шептались, что Жиль плачет - и набегают тучи, а Жиль улыбается - выходит солнышко. Он, негодник, был самым обаятельным с младенчества, ему сходило с рук всё то, за что отец сурово спрашивал с троих старших. Вот и вырос, зная одно лишь своё «хочу» - то есть, полной противоположностью Франсуа, для которого на первом месте всегда оставался долг. Перед родом ли, перед королём - не так уж и важно, главное -долг. Жиль же знать не хотел никаких долгов, и даже тяжёлая отцовская рука не убедила его. Дом он покинул лет в шестнадцать, да так уже и не вернулся. Воевал и колдовал - на Юге, и где-то ещё. Рассказывали, что однажды он обеспечил победу отряду старого принца Рокелора, отца нынешнего Генриха, жениха принцессы Марго - тем, что призвал небывалую бурю на войско его врага, когда тот находился на марше, и они там не то в грязи все потонули, но то градом их побило. Катрин верила таким рассказам, потому что знала, на что способен брат. И ничуть не удивилась, когда он отправился куда-то за Срединное море - опять же, по слухам, сам он родичам не отчитывался.