К ней просто подошёл один из охранников Жиля де Рогана и просто пригласил её - как будто на танец. Глупец де ла Мотт не обратил внимания, звать на помощь у неё тоже не вышло - она вообще не смогла издать ни звука, только встать и поклониться.
Зловещий Жиль ждал её на той же самой скамье неподалёку от выхода из залы.
- Приветствую вас, прекрасная госпожа, - он кивнул ей и улыбнулся. - Буду очень рад, если вы уделите мне немного вашего внимания.
- Зачем. зачем вы заколдовали меня? - Антуанетта чуть не плакала.
Вот только и оставалось - залить здесь всё слезами. Не поможет.
- Чтобы не подвергать вас искушению рассказать кому-нибудь о нашей маленькой тайне, -он продолжал улыбаться, а его лысый череп блестел в лучах заходящего солнца.
И господи, там же шрамы! Его что, били по голове? И он до сих пор жив?
- И это теперь так навсегда? - она закрыла глаза, так ей был противен в ту минуту белый свет.
- Нет, госпожа де Безье, что вы, зачем же навсегда! Вы вернётесь домой, выполните то, о чём я вас попрошу, и сможете рассказывать кому угодно и что угодно.
- А если. если я не хочу выполнять?
- Да хотите, на самом деле - хотите, как вы можете не хотеть?
- Я не могу желать Анжелике зла. Она спасла меня. в очень неприятной ситуации.
- А почему вы решили, что я желаю ей зла? Вовсе нет. Мой племянник - холодная рыба, даже и не змея и не каракатица, а именно рыба - мокрая и в крупной блестящей чешуе. Такой деятельной даме, как ваша Анжелика, нужен мужчина посерьёзнее. А вы заберёте себе его высочество, в отсутствие Анжелики он никак не сможет не заметить вас.
- Я не буду ему нужна, если Анжелика пропадёт из его жизни. Да и он будет её искать!
- О, ему будет не до того, уверяю вас. Ещё до утра случится множество событий, которые отвлекут его от этой маленькой смешной девочки-невесты.
Маленькая смешная девочка? Это он о ком вообще? Анжелика в мыслях Антуанетты была чем-то огромным, тяжёлым, неодолимым. И это ещё Антуанетта ни разу не видела её за какими-нибудь серьёзными магическими действиями - кроме зажечь огонь и согреть воду.
- И... что вы хотите, чтобы я сделала? - надо же узнать, от чего отказывается.
- Всего-то прикрепить вот эту брошь к платью госпожи Анжелики, - Жиль достал из поясной сумки невероятно красивую брошь с зелёным камнем и протянул Антуанетте. -Берите. Если она будет спрашивать - вы всегда можете сказать, что это, наверное, подарок от поклонника, и даже не солжёте. Вы ведь, наверное, всегда правдивы?
- Стараюсь.
- И хорошо. Берите, берите. Только себе не оставляйте, хорошо? Вам это не нужно. И для того, чтобы убедить вас в искренности моих намерений, я отдам вам кое-что, - Жиль достал из той же поясной сумки кожаный мешочек очень знакомого Антуанетте вида и вложил ей в руку.
- А если я не возьму вашу брошь? - проговорила она дрожащим голосом.
- Значит, не возьмёте, - согласился он. - Но я советую вам ещё раз подумать. Посмотрите на мешочек, подержите его в руках, раскройте. И дайте мне правильный ответ.
Антуанетта раскрыла мешочек - и не сдержала слёз. Сапфировые серьги матушки, её же подвеска в ажурной иноземной оправе - подарок отца. И перстень, который отец носил, не снимая, и который таинственным образом исчез накануне похорон. Тогда она совсем ничего не соображала от горя, а разные наполнившие дом родственники думали только о том, как бы урвать себе что-нибудь из их и так невеликого имущества.
- Где вы взяли эти предметы? - она даже и не пыталась вытереть слёзы, прижимала мешочек к сердцу и ревела.
- У тех людей, которые изъяли их у ваших покойных родителей, - он даже слегка поклонился. - Забирайте и прячьте. Это вам - вне зависимости от того, что вы мне ответите. Это не оплата за услугу, это мой жест уважения по отношению к вам.
Антуанетта убрала мешочек, вытерла слёзы платком, убрала и его тоже.
- Давайте вашу брошь. Что с ней нужно сделать?
- Прикрепить на платье госпожи Анжелики. Сегодня, сразу же, как вы вернётесь с бала домой.
- Хорошо, я сделаю это, - Антуанетта взяла брошь с его раскрытой ладони, бросила в сумку, поднялась и убежала обратно в зал.
Она думала, её потеряли, но нет - там снова Орельен и Жакетта, и, кажется, ссорятся. Где его преосвященство Лионель, где его высочество Анри? Анжелики нет, нет и Саважа, где они все ходят?
Они не вернулись даже к последнему танцу. А вернулся только Саваж, и скомандовал Марселю - проводить Антуанетту домой. И слава богу, оставаться во дворце уже не было никаких сил.