Обездвижила его на пару мгновений и выскользнула наружу. Уткнулась в грудь стоящего там Жанно - помытого, побритого и переодевшегося.
- Добром не вышло? - спросил он.
- Нет, но мне на то плевать. Понимаешь, плевать.
- Понимаю, пошли, - он утянул её по лестнице наверх, на пару оборотов, они оказались где-то между этажами, где можно было обняться без лишних глаз. - Давай так: если он будет что-то от тебя хотеть, ты не станешь говорить с ним сама, ты позовёшь меня.
- Это ж моё дело-то, - вздохнула Лика.
- Это наше дело, - спокойно возразил он. - Позволь мне побороться за твои интересы.
Лика как под дых получила - это было что-то новое в её жизни.
- Жанно, - только и смогла она сказать.
- Да, моя роза, я с тобой, как и обещал. Решим, непременно решим. В конце концов, просто сбежать нам тоже никто не помешает, если весь мир будет против нас и иначе не выйдет. Но сначала - спать.
- Ты не нашёл укромного места, где бы нам поспать?
- Пока нет. Приёмная Лионеля - это немного проходной двор. Комната Орельена - тоже, но по-другому. Сейчас задача - выспаться, а дальше уже посмотрим, что там будет и как.
- Тогда расходимся, - вздохнула Лика.
Они поцеловались - ах, как же сладко было с ним целоваться! А потом он проследил, как она спустилась и ушла в дамские покои, и сам ушёл наверх, в ту приёмную. Или на тюфяк, о котором говорил Марсель.
4.6 Лика. Когда мы втихомолку друг с друга не отводим глаз (с)
Три следующих дня были самыми необычными в Ликиной и без того необычной жизни. Никогда ещё она не была так влюблена, и никогда ещё не была вынуждена прятать свою любовь от всех и вся. Извещать окружающий мир о своих изменившихся обстоятельствах они были не намерены - слишком уж много здесь любопытных, которых их любовный многоугольник вот вообще не касается. Поэтому - тайна.
Если бы не король, королева и вообще сложившийся при них двор, то всё было бы проще. Но если бы не они - то только бы Лику с Жанно здесь и видели.
Да, помощь господина графа Саважа была очень нужна в плане организации здешней толпы в какое-то подобие порядка.
Толпа состояла из придворных короля и королевы - шесть плюс четыре, мальчики и девочки, далее людей Анри и Вьевиллей - десять плюс восемь, мальчики разного возраста, охрана короля - десяток, тоже разнокалиберные мальчики, далее именные персоны - их величества, хозяин дома, Анри, Орельен, Жанно, кузены Ги и Реми, Огюстен де Бар, Луи д’Эме, Туанетта, Жакетта, Лика. Личные слуги - Марсель, Флорестан, Ландри, Мари, плюс слуги дворян его величества и дам её величества. Лекарь и камердинер короля. Слуги, которые живут здесь, в доме, постоянно - два десятка, плюс повар и управляющий. Более восьмидесяти человек.
При этом люди короля задирали всех и вся, и приставали ко всем женщинам моложе полтинника. Люди Анри соревновались с людьми господина маршала - по каким-то неведомым Лике параметрам, и чуть что - решали сомнение дракой. Люди Анри признавали над собой Анри и Жанно, люди господина маршала и короля - Лионеля, но и Жанно немного тоже. Поэтому для Жанно дело нашлось, и прямо сразу.
Сутки поделили на четыре части, по шесть часов. Охрану тоже поделили. Главными по охране были назначены Ги де Мар, Луи д’Эме, Рене де Рьен и тот же Жанно - им доверяли и Анри, и Лионель. Жанно, кроме того, был главным над ними всеми и также ведал тренировками - нужными в первую очередь для того, чтобы занять вооружённых бездельников, так он объяснял Лике глубокой ночью того дня, когда они прибыли в охотничий дом.
Анри находился при его величестве, а его величество принял всё происшедшее близко к сердцу - так со вздохом говорил Лионель. По его словам, у короля была какая-то, наверное, болезнь - в тяжёлые моменты на него обрушивалось что-то вроде панической атаки - ну, судя по симптомам, Лика была знакома с этим предметом опосредованно -кое-у-кого из домашней компании такое случалось. А после, когда паника отступала, его разбивала слабость вплоть до того, что он не мог подняться с постели, так весь день и лежал, и ел лёжа, и пил, а как ходил на горшок - Лика не узнавала. Его развлекали Анри и некоторые придворные, среди которых она с неудовольствием обнаружила Ива де Во. Он делал вид, что незнаком с Ликой, и Лику это полностью устраивало.
Её величество Елизавета оказалась вблизи скромной воспитанной особой. Она любила вышивать и имела при себе вышивку и корзину ниток, и любила читать и слушать истории. Все дамы при ней читали хорошо и с выражением, а Лионель предоставил свою здешнюю библиотеку в их распоряжение.
Орельен всё ещё не приходил в себя, хотя, по словам Жакетки, температура у него снизилась до нормальной, и сейчас его бессознательное состояние было похоже просто на глубокий сон. Жакетта толком не спала, очень мало пила и ела, и почти всё время проводила у него. А время от времени к ней ещё и обращались со всякой ерундой типа ушибов и ожогов у прислуги, или с полученными на тренировках травмами у охраны и благородных дворян на королевской службе. И добрая Жакетта никому не отказывала -как же, ей ведь практиковаться надо. Поэтому когда Лика отправлялась вниз, в кухню, добыть еды, то или брала Жакетту с собой, или приносила ей что-нибудь. Сначала она надеялась, что Ландри не даст им обоим пропасть, но Ландри оказался ничуть не лучше своего хозяина. Пока Орельен был бодр и весел, Ландри тоже был весел. Как только Орельена свалила хворь - Ландри тоже повесил нос и часами пялился в окошко. А потом он узнал, что у Лионеля наверху есть библиотека, и там встречаются книги не только духовного содержания - и сразу же пристрастился прятаться там. Лика взяла за правило извлекать Ландри из библиотеки и гнать вниз - проветривать комнату, помогать Жакетте переворачивать больного, а также мыть его и перевязывать.