Кроме того, нужно было приставить к какому-то делу Туанетту. Она совершенно расклеилась - если её не трогали, сидела на кровати и ревела. Кошки с ней не было, вместо кошки использовалась подушка - Лика бы не взялась утверждать, что Туанетта ту подушку не гладит за ушами. Не помогали ни обычные слова, ни уговоры, ни окрики. Тогда Лика придумала определить её к королеве - пусть нитки мотает, или что там нужно делать, Лика вышивать не умела и не удосужилась научиться, были вещи поинтереснее. Она подкатила с этим вопросом к Лионелю, обрисовав ему депрессию Туанетты без каких-либо предполагаемых причин. Тот вздохнул, перекрестился, провёл с Туанеттой воспитательную беседу и представил её королеве. Туанетта сначала не имела сил сопротивляться, а потом втянулась. И даже вечером пересказывала Лике - что читали сегодня. Всё лучше, чем выть в подушку.
Сама Лика скрывалась в комнате - или спала, или тоже читала что-нибудь, или просто пряталась, чтобы от неё отстали. От Анри она, честно говоря, тоже пряталась. Считала, что всё сказано, и надо просто дождаться благоприятных новостей из столицы, и свалить уже отсюда. Ей было на руку то, что он всё время занят с королём, но пару раз ему случалось стучаться в дверь их с Туанеттой комнаты. Она тут же пряталась под кровать -мало ли, вдруг завалится? Но он слушал тишину внутри - и не заваливался, шёл дальше. А Лика выбиралась наружу только в двух случаях - поесть, если было некого попросить, чтоб принесли - и на свидание.
Со свиданиями выходило туго. Нет, они виделись каждодневно, и даже подолгу, но - не было совершенно никакой возможности нормально уединиться. Постоять, обнявшись, можно было в углу галереи, частично опоясывающей башню на уровне их третьего этажа, или на стене - если по ней не бродили дежурные. Посидеть вместе - за едой, если случалась какая-нибудь более-менее организованная еда, например - в момент окончания дежурной смены кормили всех, кто был при деле, можно было присоседиться. На винтовой лестнице в башне - между третьим и четвёртым этажами. Или ещё однажды они сидели ночью на крыше.
На крышу попадали через чердак, где жил Марсель. Там и вправду было очень мало места
- люк, куда выходила лестница снизу, Марселев тюфяк, да и всё. Жанно попытался однажды привести Лику на тот тюфяк и был поднят Марселем на смех - мол, что вы такое придумали, господин Жанно, госпожа Лика, конечно, маленькая совсем, но вдвоём вы тут не поместитесь, да и не дело это - госпожу Лику, да на тюфяк, придумайте что-нибудь получше. Лика хохотала, слушая их перепалку вполголоса, а потом прямо спросила Марселя - неужели он их одобряет? Тот пожал плечами и столь же прямо ответил - вы, госпожа Лика, его счастье. Поэтому что хотите, то и делайте. Но лучше - не на этом тюфяке, который выколотить на улице и то некогда. И тогда Жанно открыл окошко на крышу, и они через него вылезли наружу.
Нашли место, где черепица была хорошо зафиксирована, уселись, и просидели почти целую ночь - как два кота. Смотрели на звёзды - Жанно рассказывал и показывал, где какое созвездие, и как здесь ориентируются. В Лимее Лике немного рассказывал об этом Орельен, но тогда была весна, и созвездия были совсем другие, а теперь лето. Вместо Полярной звезды у них, оказывается, Северный Огонь, который без подзорной трубы, а то и телескопа можно увидеть только в ясную ночь - вроде сегодняшней. А ещё - Лампы, Маяки и Фонари, сплошная техника, никакого животного мира. Правда, был полукруг типа Северной Короны - венец какой-то местной праведницы, и воин, похожий на Ориона