Ох, как его взбесило, когда она схватилась за его артефактный кинжал! Предмет очень полезный и очень опасный, и он в своё время разве что Ли позволил с ним подружиться. А тут - сама, не спросясь! И ведь не накажешь паршивку, только вылечить - теперь-то уже!
И тренировки, магические тренировки. Она ныла, чтоб её взяли и на фехтовальные тоже, и честно говоря, Жанно уже был готов посмотреть - справится ли девчонка со шпагой. Да справилась бы, наверное, парни же выучиваются - даже те, кто изначально слаб. А девчонка Анжелика слабой не была вот никак. И на тренировках это было видно очень хорошо - она не стояла, не возмущалась, не кривила нос - а что ещё может делать дама на магической тренировке? Как учат девчонок, если у них вдруг есть боевая магия?
Оказалось - так же, как и мальчишек. Просто берут и учат, и они выполняют всё, что нужно, и не ноют, когда больно, а бывает очень больно. И не выучить нормально -опасно, Жанно слышал историю о её высочестве Анриетте, тётке Ли и Анри - как она чрезмерно выложилась, защищая замок, и не смогла потом восстановиться. Нет, так не годится, пусть учится. Тем более что Анжелика училась всему, что предлагали, с радостью, и даже с некоторой жадностью - давайте всё, что есть. Она читала книги, вникала в дела владений Анри, опять же - магические тренировки, и танцы, и что там ещё бывает?
Когда он решил выразить своё восхищение подаренной розой? Когда он понял, что она и есть роза, прекрасная и с шипами? После танцев? После тренировки?
Таскать ей розы оказалось увлекательно. Она недоумевала, кто это, и Жакетта недоумевала. Но не в открытую же за ней ухаживать, честное слово. Понятно, что у Анри дела, но у неё тоже дела, и за то, как она с ними справлялась, девчонку хотелось хвалить, ею хотелось восхищаться. Но в открытую не повосхищаешься - чужая невеста, как-никак, а вот таким странным образом - можно.
И неоценимой оказалась помощь Марселя. Когда Анри просёк, что за Анжеликой кто-то ухаживает, он попытался выслеживать - кто же. А Марселя не вдруг отследишь - если он того не хочет. Марсель хмурился и никак происходящее не комментировал - только вздыхал.
Когда девчонка взялась смеяться над неведомым дарителем - мол, хоть бы записку оставил - он принял это, как вызов. И придумал.
Давно, когда судьба столкнула Жанно с первым человеком Срединного моря его милостью Морским Соколом, то сначала он мог только лежать на брюхе, потому что спина его была не такова, чтобы вынести даже сорочку, не говоря о большем. Заживало долго, и чтобы Жанно не рехнулся от скуки, к нему приходили разные люди - развлечь, а то и занять чем-нибудь. Господин Марсилио Лоренцетти был не только отличным офицером, он ещё и рисовал портреты его милости Фалько и прочих с необыкновенной похожестью. Он и показал Жанно, как следует держать карандаш, чтобы на бумаге выходило то, что хочется, а не мазня какая-то, и объяснил про тренировку - ну, это что хочешь возьми. Просто раньше Жанно думал, что тренировать нужно только те вещи, в которых сила, а поэты и художники сразу готовыми рождаются, но господин Марсилио только посмеялся - ты ведь, говорил он, музыкант, ты знаешь, что не бывать хорошей музыке без долгих тренировок. Жанно с удивлением согласился - и принялся учиться. По словам господина Марсилио, глаз у Жанно был верный, оставалось только набить руку. И постепенно это получалось, и ему удавались и цветы, и животные, и корабли на море, и даже люди - Жанно потом нарисовал бессчётное количество портретов прекрасной Теодоры, его в тот момент путеводной звезды, правда, после её гибели он всё это сжёг.
И надо же - пригодилось давнее развлечение. Рисовать розы было совсем не сложно, скорее - забавно. Жанно не слышал, что девчонка думает о них - она молчала. И хорошо, что молчала, а то ведь Ли знал об этом его умении и сразу бы всё понял.
Что он тогда думал? Да ничего не думал, ведь девчонка определённо тянулась к Анри, так ему казалось. И Анри вроде понимал, что ей каждая капля его внимания - как солнце той самой розе. И так было до отъезда в столицу.
Жанно не хотел ехать в столицу, потому что не хотел смотреть на счастливую, как ему тогда казалось, пару. Но вышло иначе - он взглянул на девчонку, на её неуверенность - и сам положил свою голову кому-то в пасть. Страшному зверю по имени не то Странная Дружба, не то Безрассудная Любовь.
А в столице поджидали засады - королева Екатерина и её придворные дамы. Жанно видел, как Анжелика волнуется перед представлением ко двору - он и не подозревал, что она может чего-то бояться! И дурак Анри, вместо того, чтобы её за ручку держать и от себя не отпускать, только требовал, приказывал, командовал. А потом и вовсе пошёл танцевать вольту с Офелией де Сансер.