Выбрать главу

Эта мелюзга, привлеченная шумом детей, выныривала из своих гнезд и внимательно устремляла глазки на проходящих. До того она была наивна и доверчива, что когда, например, дети расположились отдохнуть, кролики окружили их совсем вплотную, ворочая мордочками, полными удивления, а один из них взобрался даже на колени к Андрюше и только встрепенулся, когда мальчик его погладил.

Птицы оставались столь же беззаботными совсем вблизи друзей. Из этого Андрюша довольно верно заключил, что человек еще никогда не был в этом лесу.

Самый лес был великолепен своим разнообразием. Огромные стволы, опутанные вьющимися растениями, сменялись кустарником с лаповидными листьями, полянами кактусов. Прошли целую рощу деревьев с гладкими полированными стволами, которые щелкали, ударяясь друг о друга, словно хлопушки. Встретили много фруктов и ягод.

Андрюша предупредил Катю, что фрукты могут быть ядовиты, но тем не менее многие из них были опробованы и найдены очень вкусными. В довершение всего, была открыта большая пальмовая роща. Взобравшись на одну из пальм, Андрюша в пучке, торчащем из вершины, нашел финики. Дети забрали с собой ворох фруктов и решили снова придти сюда и сделать большой запас фиников в своем жилище.

Жуткое впечатление произвело на друзей одно растение, которое они назвали «деревом смерти». Оно напоминало по форме паука с огромными иглами вместо листьев; с конца каждой иглы капала темная жидкость. Ни птиц, ни насекомых не было на его сучьях, и ни одной травки не росло под его тенью. Одуряемые запахом этого дерева, дети очень быстро расстались с этим местом.

Солнце садилось, когда Андрюша и Катя вернулись на Прилет. Вечером, при ясном небе, слышались раскаты грома. Один из ударов был настолько сильный, что земля, казалось, задрожала.

Наши друзья еще не знали, откуда происходил этот гром.

С вечера же Андрюша выработал план следующего дня: он наметил теперь путь для обследования берегом и решил отправиться один.

Было условлено, чтоб Катя не беспокоилась, если он даже не вернется к ночи; — он заночует в дороге и вернется через день…

И вот солнце было еще под океаном, а друзья уже оканчивали утренний завтрак.

Катя проводила Андрюшу до первой скалы, и здесь они распрощались. Девочка долго смотрела вслед уходящему другу.

На последнем гребне Андрюша остановился, чтоб еще раз махнуть фуражкой и крикнуть «до свиданья», и скрылся за скалой.

Кате стало грустно и раньше она, конечно бы, расплакалась; но теперь, наученная скитальческой жизнью, она уже знала, что если Андрюшины поиски необходимы для их же спокойствия, то этому надо подчиниться; к тому же у нее на сегодня было столько работы с внутренним устройством домика, что не только для слез, но даже и для грусти у нее нет времени. Катя спустилась к морскому озерцу, быстро выкупалась и, чувствуя себя бодрой и освежившейся, перескакивая с камня на камень, возвратилась домой и принялась за работу.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ,

в которой Андрюша убеждается, что он на острове, и узнает, какие чудеса на этом острове творятся

Андрюша тем временем упорно пробирался вдоль берега океана. То и дело приходилось карабкаться и спускаться по отвесным скалам. Такой путь привел его к обрыву, отделенному от другого берега полосой воды, вдававшейся далеко в сушу.

Волей-неволей пришлось свернуть в глубину леса, наметив себе направление к вулкану.

Отмечая деревья, Андрюша стал подыматься лесною чащей.

Солнце стояло высоко. Усталость начала сказываться, и Андрюша, устроив первый привал, подкрепился пищей.

После отдыха он пошел снова.

Вскоре до его слуха донесся непонятный шум. Был ли это шум леса? Нет, потому что деревья вокруг не шелохнулись. Андрюша прибавил шагу. Дорога шла в гору. Лес начал редеть. Наконец мальчик вышел на открытое место к обрыву и вскрикнул от поразившей его картины. Перед ним была огромная котловина, окруженная стенами скал.

Направо с высоты в нее вливался сверкающей водопад: казалось, сверху опрокинули целое озеро; вода рвалась и ревела, узкой щелью падая в пропасть. Со дна пропасти торчали пики скал, а внизу чернели, подобные корридорам, трещины.

Горы, окружавшие котловину, шли вокруг нее грядами, образуя замкнутое кольцо, а над ними и над чудовищной ямой царила вершина вулкана, выбрасывающая из своего жерла клубы дыма.

Долго не мог шевельнуться Андрюша, очарованный величием происходящего: казалось, перед ним все ожило и говорило.

Придя в себя и вспомнив о целях разведки, он сделал важное открытие: кругом по горизонту виден был океан, и следовательно, эта суша была островом.

Вслед за этим открытием мальчик невольно задал себе вопрос: обитаем ли этот остров? Ведь невероятно, чтоб целая вулканическая страна была неизвестна мореплавателям, а раз она известна, то еще более невероятно, чтоб при таком богатстве почвы и леса, люди не поселились здесь.

И Андрюша внимательно стал рассматривать развернувшиеся перед ним дали; но всюду, куда достигало зрение, было дико и неприступно, и не заметно было ни одного признака присутствия человека.

Надо было много ловкости для спуска вниз, чтоб не поскользнуться и не полететь в пропасть, — к счастью, Андрюша был ловок и на «Путнике» привык не бояться головокружения.

Много раз мальчику казалось, что дальше спуститься немыслимо и что еще не поздно вернуться наверх, но природная настойчивость и необходимость поисков брали верх над осторожностью, и шаг за шагом он достиг дна.

Андрюше показалось, что он попал в гигантский колодезь, куда и солнце, вероятно, не заглядывало. Кругом были бесконечные лабиринты трещин, образованных скалами. Попадались провалы, в которых слышались подземные потоки.

Напрягая все свое внимание, мальчик пробирался узкими щелями, ощупывая перед собой путь, и наконец очутился на ровном песчаном поле.

Ноги чувствовали горячую почву, которая, казалось, колебалась от всякого шага.

Тут и там возвышались небольшие конусы, из них выбивали крошечные фонтаны, распространяющие запах серы.

Очевидно, это был один из побочных кратеров большого вулкана.

Пройдя его, Андрюша натолкнулся на вытекающий из грота горячий ключ, за ним следовало второе песчаное поле, окутанное парами; казалось Андрюше, что он очутился в бане. За полем пошли скалы, покрытые густой растительностью. С трудом пробираясь зарослями, мальчик, несмотря на усталость, поражен был невиданным еще никогда им зрелищем.

— Должно быть, таков быль сад в раю, — думал он, глядя на свесившиеся вокруг него ярко-красные фрукты, величиною с тыкву. Пахучие цветы исполинскими лепестками закрывали мальчика, когда он проходил под ними. Часто, задевая за один из них, он вздрагивал от неожиданности, так как цветок вспархивал и оказывался огромной бабочкой.

Аромат был настолько сильный, что Андрюша почувствовал головокружение. Приятная усталость охватила его руки и ноги, и он, не будучи в силах побороть утомление, опустился на землю. Его веки сомкнулись сами собой, и он заснул, едва заметив, что наступает вечер.

Андрюше снилось, будто возле него Катя рассказывает что-то веселое, и ее голос звенит, как колокольчик… Она повернулась к нему спиной, и Андрюша видит, как у нее сейчас же вырастают белые, пушистые крылья.