— Ты знаешь парселтанг?! — изумился Джеймс. — Правда?! Ты никогда не рассказывал!
— Знал, — уточнил Гарри, — это был такой привет от Волдеморта. Бонусом к Аваде.
— В смысле «знал»? — переспросил Джеймс. — А сейчас? Ты же не мог его забыть?
— А меня вторая Авада от него избавила, — хмыкнул Гарри, — вместе с осколком волдемортовой души.
— Жалко, — вздохнул Джеймс. — Но тебя же ведь простили? Тогда? Потом? Да? А почему? Что ты сделал?
— Да так, по мелочи, — пожал плечами Гарри, — спас Джинни, уничтожил хоркрукс, убил василиска и оставил Хогвартс без преподавателя ЗОТИ. Да, ещё малфоевского эльфа от них увёл, — добавил он. — Вот Люциус взбесился!
— Точно! — воскликнул Джеймс. — Ты же тогда спас маму! И… как эльфа? — переспросил он. — Так Кричер что, раньше был малфоевский? Ты его у них украл? — спросил он с восторгом.
— Не Кричера, — голос Гарри стал очень печальным, — другого эльфа. Добби. Он погиб, спасая нас из плена. Его убила Беллатрикс Лестрейндж.
— Да, я помню, ты рассказывал, — сказал Джеймс. — Извини, я не подумал… пап, но мне-то что делать? Вряд ли мне подвернётся василиск или ещё кто-нибудь подобный. И навряд ли я кого-нибудь спасу…
— Слава Мерлину, что не подвернётся, — Гарри обнял Джеймса, — я бы не пережил, если бы к этой пакости сунулся ты. А что делать… Давай сначала поговорим со всеми нашими в Хогвартсе. В одиночку такие дела не делаются.
— Давай, — Джеймс тоже его обнял и опять ткнулся лбом в плечо. — А с кем с нашими?
— А это мы сейчас обсудим, — Гарри взлохматил сыну волосы, — ты же помнишь, что ты не только Поттер, но и Уизли?
Глава 4
— Поттер, — оборвал повисшее молчание Причард. — У тебя случилось что?
Они сидели в столовой и обедали — вернее, Причард-то обедал, а вот Поттер сидел, молча разглядывая содержимое своей тарелки и вычерчивая кончиком ножа на шницеле какие-то абстрактные узоры.
— Проблемы отцов и детей, — мрачно ответил Гарри, — в двух вариантах. По-гриффиндорски и по-слизерински.
— Поделись? — предложил Причард, закрывая их заглушающим заклятьем. — Я, конечно, не отец — но дядя. И вечный арбитр. Вдруг подскажу чего.
— А подскажи, — согласился Гарри, — потому что я уже ничего не понимаю. Все-таки насколько проще с гриффиндорцами! Всё прямо скажут, не наводя тень на плетень и не строя из себя не пойми что. Мерлин, у меня чувство, что Альбуса Малфой покусал!
— Это ты сейчас слизеринцу говоришь? — ухмыльнулся Причард. — Рассказывай. Я подозреваю, что парням тяжко — Поттер и на Слизерине. Даже и не знаю, кому хуже.
— Подозреваю, что обоим хуже, — мрачно сказал Гарри, — Джеймс уже было собрался драться со всем Хогом. А Альбус… ведёт себя, как герой дурной пьесы немецких романтиков. «Ваш почтительный сын Альбус», — процитировал он. — Вот поганец!
— Нда, — Причард почесал за ухом и вдруг негромко рассмеялся. — Вот они, счастливые дети, не знающие серьёзных бед. Послевоенное поколение. А по какому поводу тебе высказали подобное почтение?
— Нюхлера домой везти не разрешил, — буркнул Гарри, — вот такой я гад.
— А зачем ему привозить нюхлера домой? — уточнил Причард.
— Из придури, полагаю, — сердито ответил Гарри.
— Погоди ты, — Причард удержал улыбку. — Любая придурь же должна иметь причину. Откуда он вообще взял нюхлера на первом курсе? Их ведь даже ещё не проходят?
— Откуда я знаю? — огрызнулся Гарри, — эти три… одарённых молодых человека где-то его нашли. И решили приручить и одомашнить. Золотое трио Слизерина, драккл бы его побрал, покойничка! Малфой, Гойл и Поттер!
Причард рассмеялся.
— Гойл? — переспросил он. — Ты смотри: ну ничего же не меняется! Разве что соотношение: в наше время мозги были одни к двум, а сейчас наоборот… а твой Альбус занял место Крэбба, — он снова засмеялся. — Ладно, шутки шутками, но здорово же. Маленькие нюхлеры… ты видел их? Даже моё сердце тает. Было как-то у меня в начале работы в аврорате дело — я еле удержался, чтобы одного не прикарманить и племяннице не подарить… одомашнить, говоришь? Конечно же, Альбусу обидно: столько трудов — и всё насмарку. Что, никто из них не остался на каникулы с ним в школе?
— Да я думал, Хагрид за ним присмотрит, — пожал плечами Гарри, — но Альбус ведь такую драму устроил — куда там Королевскому театру!
— Надо бы проверить — я уже забыл, давно же было — но, по-моему, они легко забывают тех, кто их растил, и детёнышей до какого-то возраста держат при себе, чтобы они привыкли. Или это с книззлами… не помню. Но проверим. А вообще — послушай, — сказал Причард уже серьёзно. — Ты же радоваться должен. Если для твоего сына это — самая серьёзная трагедия. Это же прекрасно. Значит, ты и Джинни — отличные родители, и Альбус — счастливейший ребёнок.