— А так можно?! — Винсент даже подпрыгнул — и закричал: — Бабушка-а!!!
— Да что опять случилось? — Лизелотта вышла из теплицы, левитируя перед собой ведро собранных помидоров — больших, мясистых, ярко-красных. — Мне еще перцы собрать нужно и огурцы подвязать!
— Давай, ты будешь разговаривать с нами по-немецки! — выпалил Винсент. — Сегодня, а завтра — по-английски, а послезавтра снова по-немецки?
— Klar, warum nicht, — ответила Лизелотта и, насмешливо улыбнувшись сыну, вручила ему ведро с помидорами.
И снова скрылась в теплице.
— Что она сказала? — спросил Винсент, и добавил тут же: — Папа, мне нужен словарь!
— Сказала, что будет, — вздохнул Грегори, — пойдём, там где-то у меня должен разговорник валяться. Бригитта привезла, ну… мама твоя.
— А какая она была? — спросил Винсент. — Мама?
— Ну… — замялся Грегори, а потом решительно сказал: — Хорошая! И тебя очень любила!
Винсент только вздохнул и очень грустно поглядел на Грегори.
— Мне все так говорят, — сказал он. — А какая именно, никто не рассказывает. Как она могла меня любить, если умерла, когда я только родился? Она же меня не знала!
— Так она же знала, что ты будешь! — торопливо сказал Грегори. — Мы и имя тебе вместе выбирали. Первое я предложил, второе — она.
— Разве можно любить того, кто только ещё будет? — спросил Винсент с сомнением.
— Можно, — уверенно кивнул Грегори, — и того, кого уже нет, тоже можно любить.
— Того, кого нет — я понимаю, — кивнул Винсент. — Потому что он же был — и ты его знал. И любишь. А кого ещё нет — как его любить? Ты же не знаешь, какой он? А вдруг он будет таким, что ты его не полюбишь?
— Так если его ещё нет, — озадаченно спросил у сына Грегори, — чего же он таким будет, что его не полюбишь?
— Но ведь это сейчас его нет! — ответил Винсент. — Ну, пока нет. А потом он будет — и вдруг не такой, которого ты уже полюбил?
— А чего это вдруг он не такой? — удивился Грегори.
— Но ты же не знаешь, каким будет тот, кого нет! — воскликнул Винсент. — Вот когда меня ещё не было, ты думал, что я буду таким, какой я есть?
— Вот чего не думал, того не думал, — признался Грегори, — но я тебя любого любил бы. Ты ведь мой сын!
— Правда? — очень серьёзно спросил Винсент.
— Правда, — так же серьёзно кивнул Грегори.
— Это хорошо, — почему-то вздохнул Винсент. — А то тебе со мной было бы совсем трудно.
— Да мне-то ладно, — ответил Грегори, — а вот тебе со мной тяжело.
— Почему? — очень удивился Винсент.
— Дак я ж уже сейчас половину того, что ты говоришь, не понимаю, — признался Грегори, — а уж как в Хог пойдешь, там и вовсе… заклюют тебя за меня.
— Почему? — Винсент нахмурился. — Тебя же там не будет.
— Да меня-то не будет, а память осталась, — вздохнул Грегори, — мол, совсем дурак был.
— А что ты такое сделал, что все помнят, что ты был глупым? — с любопытством спросил Винсент.
— Да учился я не особо, — махнул рукой Грегори, — а уж как зелья варил… ну, хоть котлы не взрывал.
— Ну и что? — пожал плечами Винсент. — Я думаю, сейчас это уже не важно. Это же давно было.
— Давно, — Грегори задумчиво посмотрел на несчастное ведро с помидорами, которое так и держал в левой руке, — чуть не двадцать лет уже прошло.
— Тогда точно все забыли, — с уверенностью сказал Винсент и, тоже посмотрев на ведро, спросил: — А как будет «помидоры» по-немецки?
Глава 2
В Хогвартс Винсента собирали всей семьёй: бабушка Лизелотта сама сшила ученические мантии и наложила на них чары, ворча, что этой мадам Малкин только чокнутым эльфам наволочки шить, немецкие родственники прислали учебники из Дурмштранга (с припиской, что надо же нормальные книги читать, а не то, что у вас там!), Грегори накопил деньги на палочку, сундук, телескоп и прочие принадлежности…
— Но тут же совсем другой список учебников! — запротестовал Винсент, разглядывая полученные от родни книги. — Как же я учиться буду?
— Так и учись по здешним, — пожала плечами Лизелотта, — а эти дома оставь. Потом сравнишь, если захочешь. А не захочешь, пусть лежат, место ведь не пролеживают… скряги старые, — пробурчала она себе под нос.
— Я хочу! — Винсент подтянул учебники к себе поближе. — Можно, я тогда возьму их с собой тоже? И когда мы пойдём покупать те, что в списке?
— Завтра и пойдём, — сказал Грегори, в третий раз пересчитывая галеоны и сикли, — завтра скидки обещали. Тогда на всё должно хватить.
— Пап, а можем мы старые купить? — спросил Винсент. — Вдруг в них что-то интересное написано, — пояснил он деловито. — Ну и если что — не так жалко будет…