— Беглецов поймали?
— Ну да. И хотели сразу же пустить их в расход. В ЭПРОНе, к слову, неписаный закон существовал: если погибал работавший под водой водолаз, то тех, кто на поверхности обеспечивал его жизнедеятельность, расстреливали без суда и следствия. Но отец сбежавших, предавших, по сути дела, его бойцов пожалел: «Я ж живым остался, пусть и они живут».
Что же касается второго случая, то он для отца имел более трагические последствия. В начале марта 43-го группу ЭПРОНовцев вызвали к тральщику, у которого посредине Волги заклинило руль. Два моряка сели на весла шлюпки, отец — на корму и поплыли. Подошли к застопорившему ход кораблю, и тут он взорвался! Оказывается, руль тральщика заклинила магнитная мина. Она и сработала. Очнувшись, отец снял намокшую, стеснявшую движения шинель и поплыл к берегу в ледяной воде. Потом были госпиталь, кремлевская клиника. С трудом медики поставили-таки отца на ноги, но до конца жизни он оставался инвалидом войны второй группы. В связи с чем, вернувшись в Запорожье, уже не работал — садом, огородом занимался. Скончался 18 апреля 1989 года.
— К аквалангу, выходит, он больше не возвращался?
— Как же не возвращался! После войны по памяти восстанавливал рабочую модель акваланга. Да и первоначальная схема «прибора для спуска под воду» [от 10 января 1936 года] уцелела. Выполнена она была не на бумаге, а на клеенке. Носил ее отец всегда с собой — во внутреннем кармане. Так что к первому серийному советскому аквалангу АВМ-1 [акваланг военно-морской], работы над которым велись в Орехово-Зуево, отец имел прямое отношение. Хотя официального подтверждения этому, к сожалению, нет. В моей памяти сбереглись только рассказы отца. Ну, а после Орехово-Зуево производство аквалангов наладили и в Украине — в Ворошиловграде. И они стали массово поступать на флот. Включая и подводные лодки, естественно, где акваланги использовали как средства спасения.
В тему
Из официального направления в Московского-Окское управление речного транспорта, выданного 17 декабря 1936 года начальником 6-го отдела Главного управления ЭПРОНа:
«Сообщаю, что 14 декабря 1936 года комиссией в присутствии водолаза т. Лисового произведено испытание прибора, предложенного т. Лисовым, причем результаты испытания показали, что прибор может быть применен ДЛЯ СПУСКА ПОД ВОДУ [выделено мной, — авт.] на небольшие глубины, но нуждается в ряде конструктивных изменений, перечисленных в акте. Так как т. Лисовой предполагает дальше работать над усовершенствованием прибора с целью устранить указанные в акте недостатки самостоятельно, считаю пребывание т. Лисового в Ленинграде необязательным. Для дальнейших работ т. Лисовому необходимо создать соответствующие условия, а также предоставить необходимый материал»
История ЭПРОНа
ЭПРОН был создан приказом Феликса Дзержинского №528 от 17 декабря 1923 года в Балаклаве. 10 января 1931-го его передают в ведение наркомата путей сообщения, а 23 февраля — в ведение наркомата водного транспорта.
С 1942 года ЭПРОН именуется Аварийно-спасательной службой ВМФ СССР. А существовавшие при ЭПРОНе водолазные курсы в 1930 году реорганизовываются в военно-морской водолазный техникум [заместителем начальника там был Константин Павловский, первый советский водолазный доктор].
Аппарат для дыхания под водой
Первыми аппарат для дыхания под водой запатентовали в 1865 году французский инженер Бенуа Рукейроль и лейтенант флота Огюст Денейруз. Его недостаток: аппарат был связан с поверхностью шлангом, по которому в баллон подавался воздух низкого давления. Тем не менее, именно Рукейролю и Денейрузу и был выдан патент [№63606] на акваланг — «водяное легкое» [латинское «аква» — вода, английское «ланг» — легкое].