По ходу зафиксированных в этот день диктофоном майора Мельниченко переговоров в кабинете главы государства [включая и звонок в Запорожье], я в записной книжке сделал для памяти две важные пометки. Первая касается самого Президента: в какой-то момент он, в частности, заявляет собеседнику [по телефону]: «Будем ЕГО поддерживать». Я понимаю, о ком идет речь — не о Поляке, естественно. И далее Леонид Данилович разрешает: можешь, мол, так и говорить — Президент «дав згоду». А уже в конце записи, датированной 24 апреля 2000 года, кто-то рассказывает Леониду Даниловичу: есть, дескать, в Запорожье один парень, бизнесмен. Он тоже готов был идти [на выборы, надо полагать], но [называется фамилия уважаемого в Запорожье руководителя] хочет своего человека провести.
Я очень надеялся тогда, что канули в Лету времена, когда кому-то очень хотелось «провести» [словечко-то какое!] в запорожские мэры своего человека. И он все делал для этого. А в окружении главы государства цинично обсуждали, какой кандидат ИМ подходит, а какой — нет.
Кому и сколько нужно дать?
— Известно, — поинтересовался я после расшифровки записей у передавшего их мне из рук майора Мельниченко Анатолия Шевченко, — кому конкретно в апреле 2000 года не подходил Александр Поляк? Кто зафиксированное на пленках заявление о нем озвучил в кабинете Президента?
— Конечно, известно: Александр Волков. Олигарх и миллиардер, как о нем сообщали газеты. Ему, видите ли, Поляк никак не подходил! А запорожцам подошел.
— Николай Мельниченко, — продолжаю я, — говорил, что у него имеются и другие, касающиеся Запорожья, записи. О чем речь?
— А вот о чем, — объясняет Анатолий Викторович. — Николай Иванович передал мне, например, запись телефонного разговора одного из запорожских губернаторов с Президентом. Разговор долгий. На протяжении примерно получаса губернатор рассказывает Кучме о приватизации облэнерго и других крупных предприятий региона. И подводит беседу к следующей мысли: если в Запорожье с умом проводить приватизацию, можно с нее будет поиметь немалые деньги. Заходит также речь и об иностранных инвесторах, желающих получить бизнес в Запорожье. Но они, подчеркивает губернатор, боятся: не знают, кому и сколько нужно дать, чтобы их не кинули. Следующая запись — разговор Леонида Кучмы с председателем СБУ Леонидом Деркачом. Президент криком кричит: немедленно отпусти из-под стражи задержанного в Запорожье бизнесмена такого-то — в записи на пленках его фамилия звучит.
— За что ж его задержали?
— За расхищение 170-ти миллионов гривен. И доказательства против бизнесмена, уверяет глава СБУ Президента, собраны серьезные. Уже и уголовное дело возбуждено. На что Кучма кричит: «Я и запорожского начальника управления СБУ с должности сниму, если не отпустите, и тебя самого». «Может, под залог его выпустить?» — рассуждает вслух Деркач. «Никаких залогов! — выходит из себя Президент. — Отпускайте — и все!»
— Круто, ничего не скажешь. Но вернемся, Анатолий Викторович, к Александру Поляку. От кого, скажите, пошла гулять по просторам Интернета информация о том, что на пленках майора Мельниченко есть якобы подтверждение насильственной смерти запорожского мэра?
— Однозначно, не от меня. Мне ведь было известно, что конкретно содержат пленки Николая Мельниченко — относительно Поляка…
— Теперь и мне это известно!
— Ну да. И вы, прослушав пленки, не беретесь же утверждать, что из записей майора Мельниченко конкретный вывод вытекает: Александр Поляк, мол, умер не своей смертью.
— Нет, разумеется. Хотя некоторые открывшиеся во время прослушивания пленок факты просто оглушают и на серьезные раздумья наводят.
А сегодня, добавляю из 2016 года, я больше не сомневаюсь: народный мэр Запорожья был насильственно отстранен от власти.
Власть, кстати, даже его мертвого боялась: Александра Владимировича ведь похоронили не по-христиански — не на третий день после смерти, а на следующий день. Торопились, суки. Боялись, что приходящий проститься с мэром народ будет задавать лишние вопросы. И для прощания с ним [и последущих похорон] выбрали воскресенье. Надеялись, что по причине выходного люди массово не пойдут в ДК Днепроспецсталь, где был установлен гроб с телом мэра. При этом мэра, кстати, одели в генеральский мундир, хотя генералом он себя давно не ощущал: он на то время был сугубо штатским человеком — городским головой Запорожья.
Несмотря на выходной, людей у ДК было не просто много: до 150 тысяч запорожцев пришли проститься со своим мэром. Они понимали, что вместе с Александром Владимировичем, погибшим за нас, уходит будущее Запорожье. И возвращается болото.