Памятный мемориал в парке
История 15-я. В храме Семи врат
НА ГРАНИЦЕ Запорожской и Днепропетровской областей находится одно из самых древних на земле искусственных сооружений, очень напоминающее всемирно известный Стоунхендж. На одном из его камней отпечаталась ступня человека, а на другом можно разглядеть… свастику
На месте гибели князя Святослава
Сразу уточню: храм этот не имеет куполов, сияющих под солнцем. Колокольни возле него, которая бы рассыпала из поднебесья звон по округе, тоже нет. Да и храма, как такового — в нашем привычном понимании, в храме Семи врат тоже не имеется.
Тем не менее, храм этот таки существует.
Тысячи лет!
А находится он в селе Никольское-на-Днепре. Поворот на него на днепропетровской трассе — примерно у границы Запорожской и Днепропетровской областей, обозначен особым указателем, на котором помечено: «Место гибели князя Святослава». И указано расстояние до него.
Как же так, обязательно удивится в этом месте моего повествования интересующийся историей Запорожья читатель: князь Святослав — исключительно наш человек, он же у нас, на Хортице, погиб. А причем тут Никольское-на-Днепре? Что там Святославу было делать?
Признаюсь честно: эти вопросы, задержавшись, а, не промчавшись, как обычно, у дорожного указателя на повороте на Никольское, себе тоже задал. И ответ на них нашел.
Чуть позже — выяснив историю села и прилегающей к нему местности.
Ну, а самому нетерпеливому читателю я кратко отвечу так: в Никольском-на-Днепре, где Святославу памятник установлен, князь, конечно же, не был — не существовало село в его времена, но тамошний храм Семи врат он вполне мог посетить, возвращаясь из похода домой, в Киев.
Узнав о намерениях князя, печенеги коварные и устроили на месте будущего села Никольского засаду, в которую и угодил Святослав.
Впрочем, это лишь одна из версий гибели легендарного князя, вошедшего в историю Руси-Украины под прозвищем «Завоеватель»: за восемь лет правления он совершил походы на Болгарию и Северный Кавказ, а также разгромил Хазарский каганат — государство кочевников, которые постоянно совершали набеги на поселения русичей.
Массивная чугунная плита на гранитном валуне на берегу Днепра — на месте предполагаемой гибели Святослава, была установлена… аж в 1872 году. Надпись на ней гласит: «В 972 году у днепровских порогов пал в неравном бою с печенегами русский витязь князь Святослав Игоревич». По сути, этот памятный знак, установленный в позапрошлом веке в Никольском, — первый памятник в честь героев Руси-Украины.
Но нам, однако, нужно было следовать далее.
И, постояв у плиты памятной и поцокав языком возле глубокого вертикального желоба за ней — это так стекающая по береговому склону вода разрезала могучий днепровский камень, мы покинули необитаемый детский лагерь [или профилакторий, я так и не понял], некогда принадлежавший металлургическому заводу им. Петровского [в честь него, если кто забыл, город Днепр до недавнего времени назывался], на территории которого и находится массивная чугунная плита с сообщением о гибели Святослава.
Нынче лагерь — охраняемая приватная собственность. Но пройти к памятному знаку можно — в сопровождении кого-нибудь из охраны.
Чья земля у Ненасытецкого порога
Храм Семи врат, который находится, ну, может быть, в полукилометре от предполагаемого места гибели Святослава, еще называют «капищем Перуна» или, что более верно, «Никольским кромлехом».
Никакого храма на берегу Днепра, как я уже говорил, нет. Имеются остатки языческого святилища — в виде установленных в круг камней, созданного в очень приметном месте — там, где некогда, до строительства Днепрогэса, клокотал не замерзавший даже в самую лютую зиму Ненасытецкий порог.
«Ненасытец, Дед-порог, Ревущий — самый большой и самый страшный из всех днепровских порогов», — особо подчеркивал в своих путевых заметках Дмитрий Яворницкий.
В его интереснейших заметках я так же вычитал, что в 1737 году напротив Ненасатецкого порога на правом берегу Днепра была обустроена крепость [или что-то вроде крепости] — «ретраншемент с редутами, который занимал 50 десятин».
Через четыре года вокруг ретраншемента возникло поселение «из малороссийских казаков и крестьян». Ну, а буквально на следующий год после ликвидации Запорожской Сечи — в 1776 году, «провиянтмейстер» князя Григория Потемкина Иван Синельников [до введения губернаторской должности он был екатеринославским наместником; железнодорожная станция Синельниково носит его фамилию] получил земли как раз в районе Ненасытецкого порога. На них он в честь своих сыновей основал села: Васильевку [в 1779 году] — на левом берегу Днепра, и Николаевку [в 1780 году] — на правом. «В том селе [нынешнем Никольском, то есть], — отмечал Дмитрий Яворницкий, — подданных малороссиян мужска пола 20 душ, женска 15».