Она переключила изображение на другую структуру.
— А это рибосома. Готовая, безупречно отлаженная сборочная линия для белков. Я могу сделать её аналог из глины и пептидов, но её КПД будет как у паровоза против фотонного двигателя. Мне нужно несколько десятков живых рибосом в качестве образца для старта.
Алеф внимательно смотрел на вращающиеся модели.
— И ты их... выковыришь из моих клеток?
— Аккуратно, — подтвердила Омега. — Я возьму каплю твоей крови из пальца. Помещу её в среду, которая заставит лимфоциты делиться. Потом с помощью микроиглы и слабого электрического поля аккуратно порву мембрану нужных клеток. Содержимое выльется. Я выделю митохондрии и рибосомы. Их нужно будет помыть, чтобы на них не осталось твоих белков, которые вызовут хаос в синтетической системе.
— А потом?
— Потом, — голос Омеги стал тише, почти благоговейным, — я помещу эту горстку твоих органелл внутрь жирового лепидного пузырька, вместе с синтетической ДНК моего дизайна и смесью произведённых тобой аминокислот и сахаров. И если всё сработает... эта гибридная капля начнёт дышать, питаться и собирать сама себя, используя твои митохондрии как сердце, а твои рибосомы — как руки. Это будет уже не моё творение. Это будет наше. Часть твоего тела, заключённая в искусственную оболочку и работающая на наш проект.
— Это даже забавно. — Ответил Алеф. — Получается, всё, что будет создано из этого, будет являться частичкой меня, образом и подобием?
Омега ничего не ответила, но мимикой дала понять, что в чем-то он абсолютно прав.
— Тогда действуй. — Заключил он.
6
Весь следующий месяц по местному времени был абсолютной однообразной рутиной, разбавленный лишь увеличивающейся дозой неприятного, но питательного напитка. Все свободные помещения были заставлены глиняными емкостями для производства метанола и муравьиной кислоты. К двадцати аквариумам с аминокислотами добавилось ещё с десяток аквариумов с протоклетками, способными жить в местной воде, питаясь элементами, растворёнными в ней, при этом выделяя свободный кислород, который тут же вступал в реакцию с первыми же элементами или разрушал оболочку самой протоклетки. Каждый раз, размножаясь и сменяя несколько поколений, вся колония клеток умирала. Но при этом жирных кислот становилось всё больше, и они становились разнообразнее. К концу третьего месяца Алеф, собрав всю глину, что была расставлена в виде блюдец и чашечек по всему портировщику, вынес её обратно к озеру, вычистив все помещения. С питанием проблем не было. Но жить дальше на невкусном киселе ему уже тоже не хотелось.
— Я так больше не могу, — заявил Алеф, вновь усаживаясь в кресло в лабораторном отсеке и наблюдая, как ангел Омега продолжает что-то колдовать над своим ассемблером.
— Что случилось? — искренне удивляясь, спросила она, отвлекаясь от своих занятий и усаживаясь перед ним на кресло по своему обыкновению, приняв такую же позу, как у него.
— Больше не могу есть эту отвратительную жижу. И даже дело не в жиже, а в том, что я не вижу перспектив. Мы уже кучу времени топчемся на одном месте, и ничего не меняется. — заявил он.
— Я пытаюсь вырастить устойчивые протоклетки. Я с каждого последнего поколения выбираю самые сильные и устойчивые, но каждый раз, достигнув определённого максимума, вся колония умирает, задыхаясь в собственных отходах. — без надежды в голосе произнесла Омега.
— Так, может, стоит им водичку поменять, чтобы они не задыхались от самих себя?
Омега сначала удивлённо уставилась на него, быстро хлопая глазами, видимо проверяя в своих процессорах его предложение, а потом, радостно и широко улыбнувшись, сказала:
— Видимо, это слишком простое техническое решение, чтобы я могла додуматься до него сама. И твоё решение обозначает не просто сменить водичку, теперь мы можем создать новую, более сложную культуру, которая, питаясь первой и её отходами, сможет воспроизводить сама себя. И даже если первая по какой-то причине перестанет существовать, во второй уже будут все необходимые материалы, плюс собственные отходы жизнедеятельности.
Мы поставим первый аквариум внутри второго и будем подавать в первый чистую, не загрязненную кислородом озёрную воду. Вымываясь через края, она будет попадать во второй аквариум, где мы и разместим нашу вторую культуру отделив её от первой. Так можно проделать несколько раз, создав нечто более уникальное, текстурированное и приятное на вкус, чем тот кисель, что ты пьёшь.