С этими словами она вытянула свой ангельский палец и с серьёзным выражением лица ткнула им себе в глаз, пройдя его насквозь и никак не повредив.
Увидев это, Алеф взорвался истерическим смехом. Он и смеялся, и плакал одновременно, заставив Омегу вскочить и обеспокоенно метаться вокруг него, не понимая, что происходит.
— Что тебя рассмешило? Почему ты плачешь? Почему текут слёзы, но при этом ты смеёшься? Я никогда прежде такого не видела и не понимаю, что происходит. — отрывисто и беспорядочно спрашивала она.
— Всё нормально. Это просто нервное. — Теперь уже он пытался успокоить взволновавшуюся Омегу, не желая вдаваться в подробности и объяснять своё поведение. Видя, что без этого ничего не получается, сказал:
— Просканируй местность, определи, где мне копать первую лагуну и как лучше сделать дренаж.
— Зачем копать? — тут же переключилась Омега.
— Глину вымоет со временем, а выбитые в скале ямки с одной общей канавкой, завернутой по спирали, останутся на твои миллионы лет. Да и место сэкономят.
7
Долбить скалу киркой при такой температуре, да и ещё в неудобном скафандре, под постоянным ревущим ветром оказалось намного сложнее, чем предполагал Алеф. Сделав несколько ударов, он всего лишь слегка поцарапал породу, по сравнению с теми ямками, что собирался выдолбить. Поняв, что его затея ещё более абсурдная и амбициозная, чем планы Омеги, мысль о том, что вылепить лагуну из глины не казалась такой ненадёжной. Он, отложив кирку, пошел к озеру, к тому месту, куда складывал глину. Но вся эта масса, что недавно в виде мисочек и чашечек заполняла собой все свободные поверхности внутри портировщика, была смыта в озеро.
«Интересно, теперь вода там тоже станет ядовитой из-за образовавшегося в ней метанола и муравьиной кислоты, или они там не образуются вовсе?» — подумал он и, решив по приходу спросить об этом у Омеги, но, вспомнив, что питьевую воду она для него закачивает из воздуха, тут же переключился обратно к созданию лагуны.
Единственное, что он смог придумать, это разрушать скалу при помощи нагрева и охлаждения. Он решил использовать инфракрасный обогреватель. Но выбранное место для спиралеобразных лагун пришлось перенести намного ближе, так как не хватало длины питающего провода. Очень сильно мешал ветер, своими потоками охлаждающий камень. И чтобы нагреть небольшое пятнышко, уходило довольно длительное время. Хотя нагрев и резкое охлаждение действительно принесли свои плоды. Камень трескался, лопался и, отслаиваясь небольшими пластинками, становился податливым для кирки. Но спустя два часа, к тому моменту, когда уже начинало темнеть из-за очень короткого светового дня и уже собирающегося конденсат на маске шлема, означавшего для него, что в скором времени начнётся дождь, была выкопана ямка диаметром сантиметров в пятьдесят и глубиною в тридцать.
— Это точно не похоже на лагуну. — Сказал сам себе Алеф, разглядывая результат своих трудов, а затем, собрав инструмент и приборы, вернулся на портировщик.
— Ну как? — Спросила Омега, как только он пришел.
— Да никак. Долбить нереально, я хотел использовать резкий перепад температуры, нагреть, а затем охладить. Но, как оказалось на практике, это тоже не вариант.
Он снял скафандр и, как всегда, сел на своё кресло.
— Ужинать будешь? — Спросила она по-хозяйски, заставив тем самым Алефа улыбнуться.
— Нет, что-то нет настроения. — ответил он.
— А что, если не нагревать, а, наоборот, охладить? Скала и так горячая, а охладить её можно жидким азотом, которого в атмосфере преобладающее количество. Я с лёгкостью соберу его, применив каскадное охлаждение. Это когда каждый предыдущий этап создаёт холод для следующего. Ветер — наш начальный радиатор. К утру я закачаю тебе жидкий азот в один из баллонов на стене. М?
— Да. Да. Да, — вздохнув и уже не веря в свой собственный проект, согласился он.
Утром следующего дня, как только закончился дождь, дело пошло на порядок быстрее. Долбить киркой больше не приходилось, разве что слегка подравнивать, придавая углублению нужную форму, и вычерпывать тыльной стороной кирки мелкий гравий. К концу четвёртого дня у Алефа уже была готовая лагуна из нескольких неглубоких бассейнов, соединённых по спирали небольшой проточной канавкой. Омега же к тому времени приготовила несколько новых штамов простейших многоклеточных, которых назвала рачками, грибками и водорослями.