Девушка подошла к только что полностью открывшейся камере и, слегка наклонившись, внимательно посмотрела на лицо лежащего там человека, а затем постаралась прикоснуться к его щеке своей бесплотной рукой. Задержавшись так на какое-то мгновение, а затем резко отдернув свою руку, как будто осознала, что делает что-то противоправное, выпрямилась и вслух прокомментировала свои собственные действия.
— Подаю питание.
В это же мгновение нижняя часть камеры засветилась красноватым светом, отобразив внутри себя структуру кровеносной системы с пульсирующей сердечной мышцей, которая тут же, снизу вверх, как будто бы загрузилась в тело человека. С этим действием человек сначала глубоко и протяжно вдохнул воздух, находившийся в отсеке портировщика, а затем стал спокойно и равномерно дышать, не приходя в сознание. Его тело восстановило прежние формы, почти все морщины разгладились, и он из иссохшего старика стал больше походить на крепкого, покрытого бородой мужчину средних лет.
Омега стояла рядом и молча наблюдала за процессом восстановления, а когда он был завершен, произнесла: «загрузить электронный слепок головного мозга».
Над телом появилась 3D-голограмма головного мозга, состоящая из множества маленьких светящихся точек, которую Омега внимательно рассмотрела, повертев её перед собой во всех направлениях, затем движением руки направила его в нижнюю часть корпуса камеры, под голову лежащему человеку. На корпусе камеры, под головой человека отобразился такой же образ, как и на голограмме, а затем снизу вверх загрузился в голову.
В это же мгновение очки, прижимающие глаза и голову человека, будто бы растворились в воздухе, а ещё немного погодя он открыл глаза.
— Сколько прошло времени? — спросил он, пытаясь сесть на край капсулы, испытывая некие неудобства невесомости, и осматриваясь вокруг.
— Для вас, капитан, миллионы лет всего лишь один день. — Как вам спалось? Что-нибудь снилось?
— Нет. — ответил он. Не могу сейчас ничего вспомнить. И, пожалуйста, называй меня по имени. Ни к чему все эти уставные условности. Как я понимаю, мы тут одни?
— Нет, Алеф. Нас теперь двое.
— В смысле двое? Кто здесь ещё?
— Ты и я. Это двое! Это не одни. — ответила Омега.
— А-ну да. — улыбнулся Алеф. — С нами Бог. Ну, раз ты меня разбудила, значит, мы прибыли?
— Не совсем. — ответила Омега. Требуется корректировка курса, так как мы проходим сквозь безымянную звёздную систему, не пересекая ни одну из её планет. Мы можем лететь дальше или, сменив курс, высадиться на любой из них.
— Сколько нам лететь до ближайшей?
— Я бы не стала так легкомысленно выбирать ближайшую. Если ты... — Она замолчала в ожидании реакции на такое неформальное обращение, но реакции не последовало, потому она, слегка выждав паузу, продолжила:
— Если ты собираешься сделать необдуманный выбор, то желательно это решить как можно быстрее, чтобы я успела включить плавное торможение, с целью не подвергать тебя сверх перегрузкам, и дать тебе возможность вновь привыкнуть к гравитации, а затем всё внимательно рассмотрев сделать осознанный выбор.
— Прекрасно, давай обдумаем из чего мы будем выбирать. — сказал Алеф, размахивая руками, пытаясь выровняться по направлению к двери, с целью добраться до мостика капитана.
— Я бы не советовала сразу останавливаться на больших планетах. — продолжала говорить вышагивающая ровными, но маленькими шагами парсура девушки, стараясь не заходить вперёд брыкающегося в невесомости капитана. — Лучше опробовать свои силы на чем-то небольшом.
— Ты совершенно права. И я очень ценю твои советы, но я уже устал барахтаться на одном месте, лучше бы ты сейчас помогла мне от тебя оттолкнуться, чтобы я смог долететь до капитанского мостика и всё рассмотреть своими глазами.
— Боюсь, это сейчас невозможно, Алеф. Я всего лишь аналогия голограммы. Ангел, если сказать сокращённо.
— Тогда, Ангел, включай плавное торможение и разверни портировщик так, чтобы я уже наконец-то встал ногами на пол, а не просто так болтал ими в воздухе.
— Как пожелаете, капитан Алеф.
Портировщик начал плавное, ускоренное торможение, создав тем самым искусственную гравитацию и позволив капитану плавно приземлиться на ноги и пройти в кабину управления. Его взору предстала маленькая, почти что крохотная звезда, мало чем отличимая от других звёзд на чёрном полотне космоса. Разве что она была достаточно близко, что можно было разглядеть её гелиосферный хвост, внутри которого сияли ещё более крохотные точки планет. На визуальном галографическом мониторе появилась её внутренняя система.