— Ну, хочешь я...
Она не успела договорить, как Алеф перебил её:
— Нет, не хочу.
— Тогда я могу...
— Нет, так ещё хуже. — Вновь перебил её он.
— Но ты же не знаешь, что я хотела сказать. — Не сдавалась омега.
— Знаю. Чтобы ты сейчас ни сказала, мне от этого легче не станет. Пойдем работать. Нам ещё предстоит придумать единый прообраз для всего живого. — Констатировал Алеф, а затем, не снимая скафандра, направился к себе в каюту.
— Ты что, не будешь снимать скафандр? — Удивилась омега.
— Буду, но не при тебе, в каюте переоденусь. — Ответил он, на что омега слегка улыбнулась, так как её сканеры всё равно были повсюду и его действие не имело совершенно никакого смысла. «Ну раз так для него будет лучше, пусть будет так», — подумала она.
Нового костюма в каюте не оказалось.
— Вот как можно посылать человека через всю вселенную к другим галактикам и при этом снарядить всего лишь один костюм? Все эти корпорации просто изверги, не имеющие в душе ничего человеческого. — Ворчал Алеф, пытаясь из простыни скрутить себе одежду, которая при нескольких неловких движениях всё время разваливалась. Для надёжности его нового одеяния требовалось соединить ткань в районе груди.
Алеф осмотрелся. Над дверью в качестве украшения весела эмблема корпорации «Бесконечного Объединения Галактик» в виде круглого значка или медальона размером с две ладони, которую он и прицепил себе на грудь, соединив части ткани так, чтобы она больше не спадала.
Одеяние получилось довольно удобное и свободное, для того чтобы расхаживать в нем по портировщику и даже на улице. Но влезть в этом в скафандр было просто невозможно.
Придя к выводу, что скафандр ему пока больше и не нужен, так как он не собирается больше никуда выходить, даже для того, чтобы отыскать свой нормальный костюм.
— Позже найду, — подумал он и, выйдя из каюты, направился в модуль управления.
Задача предстояла глобальная. Создать целую библиотеку инстинктов, способ взаимосвязи с организмом, а также его ответную реакцию. Но думать над каждым триггером Алефу, конечно же, не хотелось. Потому для начала он взял уже готовый ген Омеги, способный запоминать, а затем сравнивать изменения в строении, использовав его для кратковременной нейрохимической памяти и обучения, добавив для распознавания два нейромедиатора: адреналин и дофамин. Вместе с ними целые нейрохимические конвейеры, своеобразные белковые заводы для их производства. Следом выстроить рецепторы для определения и только в конце гены для систем обратного разложения, для вывода выделяемых ферментов. Чтобы процесс был точным, а главное — кратковременным, пока не закончится действие. Можно было бы использовать что-то другое, но проще было использовать то, что уже имелось в его собственном организме. К тому же на этом настояла Омега, так как именно они быстрее вступали в связь с радиоактивным калием, и при желании она могла удалённо контролировать будущие инстинкты. Страх боли и награда за достижение цели. Регулируя концентрацию изотопа в среде, теперь она могла точечно активировать нужные кластеры нейронов — будь то центры страха, вознаграждения или глутамата для возбуждения и спаривания. Именно эти первичные активаторы могли работать как кнут, пряник и глобальная цель.
В этой системе каталитический центр каждого фермента, как оттиск ключа, подходил только к своей молекуле-субстрату, а аллостерическая регуляция позволяла тонко настраивать весь конвейер.
Требовалось создать изначальный биос организма, как химический компьютер с двоичным кодом, где дофамин был символом «да», адреналин — символом «нет», а их баланс — примитивным аналогом мыслительного процесса.
— Ты уверена, что это нужно? — спросил Алеф, устав от попыток выстроить из простых элементов сложный мыслительный процесс, добавляя новые и новые ферменты.
— Не лучше ли просто создать биологический приёмник? Чтобы ты просто могла управлять этими примитивными машинами. Зачем им вообще думать? Они же должны просто работать и построить мне портал. Для чего я занимаюсь всей этой ерундой?
— Ты же сам этого хотел, — уточнила Омега.
— Когда я хотел, я не думал, что это будет настолько сложно, — не задумываясь ответил Алеф.
Омега подошла к нему, безуспешно пытаясь накрутить на бестелесный палец прядку его волос, сказала: