Моя рация зашипела:
– Всё чисто.
Я достал телефон и набрал Гришу, который тем временем руководил операцией по спасению Кирилла:
– Мы только что окружили дом, – сообщил телохранитель. – Готовы штурмовать.
Даже по карте было видно, что Кирилл и Аня находятся в абсолютно одинаковой ситуации: оба внутри малюсеньких изб на поляне в лесу. Интересно, как Павел нашёл такие места?
– Тогда начинаю обратный отсчёт, – сказал я и махнул головой стоящим возле меня наёмникам, которые тут же заняли позицию возле двери. – Пять. Четыре. Три. Два. Один.
Чоповцы с ноги вынесли дверь и с криками залетели внутрь. Моё сердце было готово выскочить в любой момент, и приходилось сдерживать себя, чтобы не рвануть в дом.
– Чисто! – раздался изнутри мужской голос.
Почти в это же мгновение в телефоне возник и Гриша:
– У нас всё чисто. Кирилл Демьянович в безопасности.
Я выдохнул и, скинув трубку, побежал в избу. Там, в полностью пустой комнате, сидела на стуле Аня с завязанными руками и ногами. Её заплаканные глаза уставились на меня, а по выражению лица было понятно, что девушка ужасно испугана.
– Опустите оружие! – приказал я наёмникам, которые стояли возле Ани и направляли на неё пистолеты.
Девушка отчаянно пыталась что-то сказать, но из-за кляпа во рту выходило лишь мычание. Я подбежал и первым же делом достал его, после чего крепко обнял пленницу.
– Макс… Макс… – Аня начала плакать.
– Всё хорошо. Ты в безопасности, – я аккуратно отстранился и развязал девушку. Она тут же кинулась мне на шею. – Уверен, у тебя есть много вопросов, но давай их отложим. Нам нужно быстрее выбраться отсюда, потому что никто не знает, что ещё мог задумать твой похититель. Просто доверься мне. Пожалуйста.
Павел посмотрел в зеркало заднего вида:
– А, Сефу. Мне тебя даже искать не пришлось. Ты сам пришёл.
– Твоё последнее слово, – сухо выдал араб, прижимая пистолет к затылку мужчины.
– Даже если убьёшь меня, то Макс не выживет. По крайней мере, не в этой мировой линии, – спокойно произнёс Павел.
– О чём ты?
– Понимаешь ли, у каждого человека своя бесконечность мировых линий, где каждая из них существует ровно до тех пор, пока не умрёт сам человек. Приведу простой пример. Каждый раз, когда ты используешь перемещение в прошлое, то попадаешь в новую мировую линию. Допустим, сейчас ты выстрелишь и убьёшь меня. Я умру для всех, кроме себя самого. Почему? Потому что использую перемещение во времени и перепрыгну назад, но для тебя ничего не изменится. На самом-то деле это уже произошло в тот момент, когда ты приставил пистолет. Я сейчас существую в двух мировых линиях – в этой, и в той, которая на десять секунд отстаёт от нашей.
– Но ведь мне ничего не мешает пристрелить тебя ровно в эту секунду.
– Знаю. В этой мировой линии я уже точно не жилец, но в то же время другой Я избежал случившегося и уже, скорее всего, прикончил тебя. То же самое касается и Макса. Для нас он умрёт, но останется жить для себя и других нас, если воспользуется перемоткой времени.
– Почему ты уверен, что Макс умрёт?!
Павел лишь ухмыльнулся:
– Потому что его должен убить не я.
Только сейчас заметил, что на Аню надета какая-то просторная чёрная толстовка со спортивными штанами. Она ведь из дома выходила в летнем платье… Зачем понадобилось переодеваться? Чёрт, нельзя поступаться своими принципами! Нельзя проникать в мозг девушки! Нет, я не буду этого делать.
Прости, Аня, что сомневаюсь в тебе, но так нужно, раз уж решено не проверять тебя с помощью Амоса.
– Извини, но я не могу оставить нас наедине. Причину объяснять не хочу. Если хочешь что-то сказать, то скажи мне на ухо.
– Макс, пожалуйста, это очень важно! В присутствии чужих людей такое обсуждать нельзя.
Слишком странное поведение. Здесь явно что-то не так.
Я сделал шаг назад и нахмурился.
– Аня, приподними свою кофту.
– Что? – изумилась девушка.
Её эмоциональное состояние… Почему раньше не обратил внимание?! Как только я вошёл, индикатор сменился с «В растерянности» на «Взволнована». Теперь же он стал «В панике». Это совсем не нормально.
Я сглотнул:
– Приподними кофту, чтобы было видно твою поясницу.
– Макс, ты издеваешься?
Извини, Аня. Я резко повернул голову к мужчинам: