– Раз так, хорошо, пройдёмте в мой кабинет, – он указал рукой на небольшую деревянную дверь в конце зала. – Только, пожалуйста, обойдите вокруг, у нас не принято ходить в обуви по татами.
Кабинет представлял собой тесную комнатку с белым столом и тремя стульями напротив, небольшой вешалкой для одежды и маленьким шкафчиком справа от стола, на котором на красивой подставке размещались два самурайских меча, один длиннее другого. За креслом сенсея на стене раскинулся большой японский флаг с вертикально идущими иероглифами сбоку от красного шара, как про себя назвал его детектив.
Тренер указал на стулья, а сам устроился за столом, сложив руки в замок. Маккарти сразу подметил, что, кроме мечей, никаких других предметов нигде не было, даже крошечной шариковой ручки или статуэтки. Видно, этот человек любил минимализм в его буквальном смысле.
– Меня зовут Цунэтомо Исихара, я хозяин этого додзё, что вы хотели узнать? – без лишних церемоний спросил сенсей.
Маккарти кивнул головой и вынул из внутреннего кармана уже немного помятые снимки. Положив их на стол напротив японца, он сразу стал внимательно наблюдать за его поведением. Но, к большому сожалению, Исихара не проявил никаких эмоций, спокойно рассматривая ужасные убийства. Такой выдержке мог бы позавидовать каждый, но, с другой стороны, данное обстоятельство вызывало различные интересные догадки.
– Жестоко, – хладнокровно сказал он. – Что вы хотите от меня?
– Кто бы это мог совершить? У вас есть догадки? – спросил детектив, бросая шляпу на стол.
– Нет. Но использовалось средневековое оружие, по крайней мере, лук.
– Наш эксперт утверждает, что конечности и голова отрублены самурайским мечом, – попытался навести на мысль Маккарти.
– Похоже, но вряд ли. Как я понимаю, убийства совершены в нашем городе. Здесь нет такого оружия, – покачал головой Цунэтомо.
– Что это значит?
– Слишком идеальный срез. Такое мог сделать только настоящий мастер, и катана должна быть не как у нас, капусту рубить, а выкованная истинным кузнецом. Очень сомневаюсь, что такое возможно где-то так далеко от Японии.
– А вы бы могли такое провернуть?
– Возможно. Вот только оружие нужно получше моего. Но я вам могу сказать ещё кое-что. – японец перекладывал фотографии достаточно быстро, непонятно, как он мог успевать рассмотреть их. – Здесь стрельба из лука и владение копьём. Если мы говорим о владении оружием, то убийца слишком универсален, таких уже нет. А что это за уколы на шее?
Исихара повернул один из снимков и показал пальцем на точку, ради которой и была сделана фотография.
– Мы думаем, что очень тонкая игла, с помощью которой были обездвижены жертвы, – ответил Маккарти.
– Слишком точно. Вы понимаете, что имеете дело с истинным мастером убийств? – переводя глаза с Дугласа на Джавала, спросил сенсей.
– Есть предположение, что это искусство ниндзюцу, – произнёс индус, нарушив распоряжение не влезать в разговор.
– Очень похоже, хотя звучит абсурдно. В Японии такого не найдёшь, не то чтобы в Сан-Франциско, – усмехнулся Цунэтомо. – Да и жестокость совсем никак не клеится с реальностью.
– В смысле? – удивился Раджа.
– Японцы, конечно, не ангелы во плоти, да и путь самурая ведёт через кровь и смерть, и отрубленные конечности далеко не редкость. Искусство же ниндзюцу не предполагает кровавой расправы, главная задача – уничтожение цели. Я, конечно, не специалист, но здесь работал полный психопат, а такой никак не мог пройти обучение в серьёзных додзё Японии, подобных выродков вычисляют достаточно быстро и изолируют.
– Для чего? Разве они не лучшие бойцы? Не боятся смерти, любят убивать.
– Так-то оно так, но подобная жестокость очень быстро набирает противников среди аристократов и народа. Потому такие ребята долго не живут, а на школу ложится тень и позор. У нас свои устои, с одной стороны, они кажутся дикими, но с другой – намного достойнее ваших.
– Не могу не согласиться, – кивнул индус. – Но если убийца никак не мог обучиться искусству, то как же тогда всё это объяснить?
– Я не говорил, что не мог. Я сказал, что таких вычисляют. Возможно, им был нужен именно такой. Здесь уж помощи не ждите. В чём я уверен точно, что не в нашем городе, ни даже в ближайших штатах обучиться владеть такими видами оружия мастерски невозможно, тем более сразу несколькими, а сделать подобный меч и подавно. Я давно в этом деле и знаю, о чём говорю.
– Тогда вы чем здесь занимаетесь? – спросил Маккарти, забирая шляпу со стола.
– Развлекаю публику, желающую прикоснуться к великому прошлому моего народа и постичь его философию. Но всё это детские забавы в сравнении с воинами минувшего, – ответил Исихара, опустив голову в знак почтения к предкам.