— Да, только сейчас это не истории из книги, написанной пару тысяч лет назад, а реальность. И отправить людей на тот свет необходимо нам. — Стив замолчал, жуя соломинку и разглядывая океан.
9 декабря
20.32 по московскому времени
База «Исток».
Князев поставил локти на стол и опер на них подбородок. В кабинете совещания полная тишина, все ждут «проштрафившихся». Серго молча сверлит взглядом стену. Вика сидит по правую руку от Саши, и смотрит на дверь, взгляд девушки и рука, поглаживающая металлический бок пистолета-пулемета, не обещают ничего хорошего.
Открылась дверь. Первой вошла девушка, устроившая утром «представление», в сопровождении Милы. Следом за ней в кабинет шагнули двое мужчин и парень из поисковой команды, процессию замыкали двое охранников из службы безопасности. Варя, первая выдавшая всю информацию по инциденту, уже ждала остальных в помещении.
— Вот все и в сборе. — Сказал Князев, когда все расселись. — Ну что же, мы очень жаждем выслушать вашу историю.
— Да чего слушать то. — Первым начал мужик, уже рассказавший свою версию у грузовика. — Я же вам уже все выложил. Сами они виноваты.
— Да брешет он, как дышит. — Выкрикнула Варя. — Мы на складу работали, впахивали как Папы Карло, уже ног под собой не чуяли. Так эти обмудки Ксюшке как-то предложили порошок, чтобы легче работалось, ну она и согласилась. На следующей смене работала за троих, веселая вся такая, полная энергии. И мне тоже захотелось, за общее дело то радеем, а усталость она такая, когда ног под собой не чуешь, уже ничего не хочется. Ну Ксюха и поделилась. Так мы три дня и проработали, сделали больше, чем за неделю до этого. И вот вчера вечером эти утырки предложили с ними посидеть, мол, есть что-то получше «спидов». А нас после трехдневного марафона уже крыло прилично, подумали, чем черт не шутит, может хоть в себя придем. Когда уже сидели за столом и выпивали, они новый порошок дали. Что дальше было не помню, пришла в себя уже в своей комнате. Башка болит, промежность натёртая, тошнит. Они нас там накачали и пользовали как хотели. Уроды одним словом.
— Да что ты пи… — Говоривший до этого мужчина осекся на полуслове, посмотрел по сторонам и продолжил. — Что ты врешь? Сами же нам и предложили себя в обмен на наркоту. Да, каюсь, не устояли мы, повелись на похоть. Но никто никого не насиловал, все по обоюдному согласию было.
— Хватит собачиться, дайте другим высказаться. — Прервал Князев. — Оксана? Оксана же, верно?
Девушка молча кивнула.
— Как себя чувствуешь? Говорить можешь?
Оксана отрицательно замотала головой.
— Ладно. Послушаем мужскую сторону. Раненый наш, что ты нам скажешь?
— Да что сказать. — Ответил мужчина, держась одной рукой за живот. — Мне Ксюха давно нравилась, только она никак не отвечала на знаки внимания. А как Леха сказал, что они нашей находкой заинтересовались, то и смекнул, что можно договориться на хороший вечер для всех. Думал она расслабится, станет более сговорчивая. В номере же все пошло не по плану, наркота им голову снесла. Начали предлагать себя за постоянную поставку, а дальше я уже толком и не помню. Все переросло в групповуху, мы сами тоже хороши. Я вон с горя набухался и нюхнул еще сверху. Помню только то, что уже под утро решил все Ксюхе высказать, что разбила она мне сердце, шалавой оказалась. Я ее, считай, с Лехи снял, скакала на нем как ошалелая. Так ее такое мнение не устроило, она за нож и схватилась, а дальше вообще ничего не помню.
— Ах ты лживая паскуда. — Подскочила со своего места Варя. — Вы воспользовались нами! Накачали и трахнули! Кому вы больше верите? — Девушка повернулась к Князеву. — Трем похотливым мужикам или двум беззащитным девушкам? У вас тут уже вроде был случай изнасилования? Знаете, что эти спермобаки из себя представляют! Расстрелять их надо! Не мы, так другие бы девчонки пострадали! Они на этом не остановятся! А выставить нас виноватыми хотят!
— Хватит орать! — Рявкнул Князев. — И так голова раскалывается от этого дурдома, а вы тут еще «Пусть говорят» устроили. Все сели и заткнулись. Дайте подумать.
Саша посмотрел в лицо каждому из участников ночного кутяжа. Кто-то смотрел виновато, кто-то взбешенно, по лицам и не определишь, кто лжет, а кто говорит правду.
— Так, слушаем сюда. Я не царь Соломон, и его мудростью не обладаю. Ситуация спорная, необходимо все взвесить и обмозговать. Сейчас вы все идете по своим комнатам и ждете нашего решения. Только без глупостей и так проблем хватает. Никто никого расстреливать не будет. Сидите тихо и спокойно, от работы на завтра все освобождены. На этом все, топайте в корпус.