Саша замолчал. Люди в зале загудели. Кто-то начал ругаться, кричать. Сбились небольшие группы, бурно обсуждая предстоящий выбор. Первые решившие уже поспешили покинуть столовую.
— Саня, что у тебя там происходит? — Раздался в рации голос Серго. — Мы по камерам видим, что народ начал выходить из здания. Ты уже закончил собрание, так быстро?
— Пусть проваливают. Это трусы, которые решили, что в общинах жить рабами спокойнее.
— Ты серьезно? Может не стоит горячиться?
— Стоит. Критические ситуации как лакмусовая бумага, сразу показывают слабых духом. Такие в бою и в спину шмальнуть и предать могут. «Баба с возу, кобыле легче», как говориться. — Князев посмотрел на гудящий как разворошенный осиный улей зал столовой. — Надо будет дать им транспорт и продуктов на первое время, а там делают что хотят.
— Вадим! Посмотри на монитор! — Раздался крик Ани из рации.
Воеводов моментально повернулся к экранам, показывающим видео с дронов и резко выдохнул.
— Твари, в клещи взяли.
На видео по широкой трассе тянулась еще одна колонна, по размерам едва уступающая Новороссийской. Судя по знакомой местности, ехали они уже через Молдовановку.
Вадим схватил рацию.
— Серго, ты на связи?
— Так точно, командир.
— Уже вылетел?
— Еще нет, грузимся в конвертоплан.
— Гоните на всем ходу. Нас зажали с двух сторон. Со стороны Горячего вторая колонна едет.
— И что нам теперь делать? — Растерянно спросил Абухба.
— Следовать плану, только скорректируем его немного. Надо будет накрыть все мосты в Джубге и Архипо-Осиповке. Максимально уничтожить дорожное полотно, чтобы замедлить их передвижение. Мы скоро выдвигаемся на Михайловский, жду отмашку от Князева, сколько людей у нас будет.
Глава 10
11 декабря
8.42 по московскому времени
База «Исток»
Отложив начищенную и смазанную снайперскую винтовку, Марк принялся за автомат. Ловко выбил шомпол, открыл крышку ствольной коробки, достал возвратный механизм и затворную раму с газовым поршнем и разложил все на белом вафельном полотенце. Очистил детали от пороховых газов и смазал маслом, не пропуская ни миллиметра. Закончив, начал собирать обратно. Точность и плавность, с которой каждый элемент оружия вставлялся на свое место, успокаивали и помогали хоть немного забыться, отогнать мысли о смерти друга. Но пес ярости, даже несмотря на медитативный уход за оружием, который обычно помогал, уже выбрался из своей будки и ходил вдоль забора с оскаленной пастью, вынюхивая. Ему нужна жертва, нужна кровь. «Око за око». Цепь, удерживающая свирепую тварь, истерлась, звенья ослабели, грозя вот-вот лопнуть от малейшего рывка. Смерть Джавида, как напильник или болгарка, сточили последние прочные спайки, и скоро зверюга вырвется на волю. Может оно и к лучшему. Предстоит бой, выбраться живым, из которого фактически невозможно, но велика вероятность вдоволь насытить пса желаемой смертью.
— Ты чего тут один делаешь? — Раздался из-за спины голос Юлаева, вырвав из размышлений.
— Готовлюсь. — Ответил Сахаров, не повернувшись и не подав виду, что его застали врасплох.
— К обороне?
— Нет, к Новому Году.
Тимур молча встал рядом и посмотрел на оружие, пропустив колкость мимо ушей. Понаблюдав за действиями Марка, он расстелил рядом еще одно полотенце и снял с плеча свой автомат, тут же принявшись его разбирать.
— А ты чего тут бродишь? — Спросил Марк. — Подготовка идет полным ходом, ты, как бывший начальник безопасности, должен принимать непосредственное участие.
— Там и без меня разберутся. — Ответил Тимур, вытаскивая возвратный механизм. — Мне тоже в себя прийти надо.
— Соболезную. — Тихо и зажато сказал Сахаров.
— Я тебе тоже. — Так же подавленно ответил Тимур. — Ты тело уже видел?
— Нет и не собираюсь.
— Почему?
— Хочу запомнить его живым. Когда увижу мертвым, потом не смогу забыть и в воспоминаниях буду видеть его таким. А я хочу вспоминать его вечно жизнерадостным и веселым. — Ответил Марк, выложив на стол два боевых ножа. Проверив пальцем режущую кромку, он достал из чехла точильный камень и принялся подводить.
— А Рому мы даже похоронить не сможем. — Вздохнул Тимур. — Я его с самого детства знал. Выросли рядом. Ты можешь себе представить, что твой лучший друг пережил эпидемию? Вот я тоже был в шоке. Но не долго. Теперь и Ромки нет.