— Если передумаешь, звони или просто приходи, — главный докер недовольно повертел головой, видимо следя за экранами, на которые проецировались картинки с камер роботов. — Людей у нас сейчас не хватает. И еще, Дмитрий… — он замялся. — Если честно, то представление на тебя я написал еще месяц назад, не порти о себе впечатление, а вдруг все-таки решат дать тебе пропуск в метро?
— Спасибо, шеф, — Бут потянулся к кнопке отключения. — Только я не дурак и понимаю, что тем, кого решили спасти, уже выдали эти счастливые кусочки пластика!
— Как знаешь, — шеф хмыкнул. — Удачи!
Дик спустился в кафе, денег у него на карточке было достаточно, все-таки платили им в последнее время очень и очень неплохо, на месяц распутной и алкогольной жизни точно должно было хватить. Бут взял бутылку хорошего коньяка, лимон, мясную нарезку и начал пропивать старую жизнь. Выпив первую рюмку, которая пошла просто замечательно, согрев внутренности, которые сильно заледенели от страха, и задумался над тем, кому достанутся его деньги после его смерти? Банкиры-то точно останутся, это такие твари, что выживают всегда. Неужели им?
Он представил себе мир, заваленный многочисленными трупами, и решил, что вряд ли его деньги кого-то сделают богаче, они превратятся в пустые биты и то в том случае, если банкам удастся защитить информацию от солнечного урагана, который пронесется над Земле, сбивая спутники и уничтожая все, что подвернется. Картинка ему понравилась, поэтому он выпил еще одну рюмку. Итак деньги его никому не достанутся, потому что они превратятся вместе с ним в прах. А деньги мерило труда, если нет труда, нет и мерила. Он налил себе еще одну рюмку, на этот раз выпив за тех, кто спасется. Он представил себе, вот они выходят, красивые, важные, никогда ничего в свой жизни не сделавшие своими руками и начинают искать тех, кто им будет зарабатывать денежку: а их нет — умерли!
Он даже заржал от удовольствия и тем самым привлек внимание девушки, которая пила пиво недалеко от него. Лицо у нее было грустное, глаза заплаканные.
— Над чем смеешься, парень? — спросила она. — Надеюсь, не надо мной?
— Нет, больше над собой, — Бут показал на бутылку. — Бери свой стакан и садись рядом, будем вместе плакать.
— А ты разве плачешь? — девушка недоуменно покосилась на него, но взяла свою тарелку с салатом, бутылку пива и села рядом. — А если плачешь, то над чем?
— Я тебе расскажу, но ты сначала объяснишь мне, что у тебя за беда?
— У меня все просто, — вздохнула девушка. — Меня парень бросил! Он хороший был, а я, дура его начала ревновать, устраивать сцены, вот он меня и послал. Сволочь!
— Сволочь кто? — на всякий случай уточнил Дик. — Он или кто-то другой?
— Он, конечно, — девушка выпила рюмку коньяка, закусила лимоном и добавила. — Меня Настей зовут.
— Меня Диком.
— И вообще все мужики сволочи! — девушка сама налила себе еще рюмку и выпила. — Без исключения.
— Это вопрос скорее философский, — заметил Бут, наливая себе и Насте. Коньяка ему было не жалко — чего его жалеть, если скоро все погибнет. Какой в этом смысл? — Хотя я склонен с этим согласиться…
— С чего бы? — девушка подозрительно покосилась на него, слезы у нее высохли, щеки разрумянились, она поправила разрез, в котором виднелась очень даже приличного размера упругая грудь. — Ты же сам мужик.
— А почему я, мужик, не могу считать себя сволочью? — рассмеялся Дик, поднимая рюмку. — По-моему, имею право…
— О присутствующих плохо не говорят, — дипломатично проговорила девушка. — И пока не доказано обратное, ты теоретически можешь оказаться приличным человеком. — И тут же добавила без связи. — Мы куда пойдем к тебе или ко мне?
— У меня кровать не очень широкая и квартира маленькая, — развел руками Бут. — Но если тебя это не волнует…
— Тогда ко мне, — деловито произнесла Настя. — Значит бери в баре еще одну бутылку и пошли, а то потом, когда я напьюсь, тебе меня тащить придется, адреса ты не знаешь, значит, потащишь к себе, а у тебя кровать узкая. Логично?
— Железная женская логика, — засмеялся Дик, поднимаясь. — Веди к себе, будем выяснять насколько я сволочь.
Остаток вечера он помнил плохо, они пили коньяк и любили друг друга, в промежутках спорили о том, кто больше является сволочью мужчина или женщина. В полночь Настя выставила Бута за дверью, поскольку ей с утра нужно было идти на работу, впрочем он особо и не возражал. Расстались они довольные друг другом, обменявшись номерами коммуникаторов. Насте было нужно утешение и внутреннее ощущение, что она еще не настолько плоха, а Дик просто хотел отвлечься от своих невеселых мыслей. Он, правда, пытался поведать их и девушке, но ей это оказалось неинтересно.