Крылов пролежал минут пять, прежде чем понял, что душ не работает. То ли отказала автоматика, то ли не было воды: второе предположение показалось более логичным. Максим приподнялся, нащупал кран, повернул и не услышал характерного шипения, которое бывает, когда воду отключают на какое-то время. Ее просто не было и все. Макс пролежал еще пару минут, пока до него дошла эта неприятная мысль, тогда он снова подтянулся, выполз из ванной, упал на твердый пол и пополз к кухне. Там ему удалось подняться на стул, с него добраться до заветного кухонного шкафчика и набрать программу, по которой тот должен был выдать бутылку минеральной воды.
Крылов подождал пару минут и понял, что кухня тоже не работает.
Это было непонятно и очень обидно, но на переживания не были ни сил ни времени, да и пить хотелось по-прежнему. Макс напряг свои мозги, вспомнил, где он держит воду на самый крайний случай, и пополз к холодильнику, что оказалось тоже непросто. Пластиковый пол был прохладным, он охлаждал тело и давал надежду, что ему все-таки удастся спастись от мучительной жажды. Максим дополз до стены, протянул руку, открыл дверцу и понял, что электричества нет и, похоже, уже давно, потому что из холодильника потянуло жаром.
Он полежал, вспоминая, зачем сюда приполз, потом приподнялся и увидел пару бутылок с минеральной водой, которые всегда держал здесь на крайний случай. Одну он вытащил, после нескольких неудачных попыток отвернул пробку и припал к теплой, но вкусной воде. Макс выпил бутылку полностью, а в ней было больше двух литров, и почувствовал, что жажда его отпускает, понемногу уходит, растворяется в теплых противных пузырьках. После этого ему сразу мучительно захотелось есть.
— Вот так всегда, — пробормотал Крылов. — Сначала напиться, потом нажраться, потом в туалет, затем все по новой, и на это уходит человеческая жизнь, а можно было бы сделать вместо этого что-то полезное для рода человеческого, например, написать картину или открыть новый закон бытия.
В голове прояснело, тело понемногу начало слушаться, он даже смог подняться и сесть на стул тяжелым неповоротливым телом. В организме, в разных местах неприятно закололо, в желудке забулькала вода, в ногах притаилась слабость, а легкие с хрипом и стоном стали загонять в себя холодный утренний воздух.
— Дорогие граждане, — со стороны окна послышался мужской голос, который звучал немного странно в густой пыльной тишине. — Просим выйти на улицу, где вас ожидают бригады скорой медицинской помощи. Передвигайтесь осторожно, поскольку за время сна ваши мышцы атрофировались и не способны к длительным нагрузкам. Не спешите и не нервничайте, у вас все получится. Мы терпеливо ждем, вы нужны нам и городу…
— С чего бы это? — недоверчиво поморщился Крылов. — Кому это я вдруг понадобился?
Он выглянул в окно, но никого не увидел, потом еще раз приподнялся, но рухнул от слабости на стул. Есть захотелось еще сильнее. Макс полез в кухонный ящик, и естественно, там ничего не нашел — нет электричества, нет еды, закон старый и очень грустный.
Нужно идти к людям, может накормят. Только как идти, если ноги не ходят? Да и одеться было бы неплохо, не идти же в эластичном комбинезоне, который обтягивает тело так, что ничего не скрывает. Правда и скрывать то нечего, одни ребра, да худые ноги. Крылов вытащил из-под стола швабру и, опираясь на нее, как на костыль, побрел к шкафу. Какое-то время он бессмысленно таращил глаза на одежду, потом одел трусы, футболку, сверху натянул рабочий комбинезон, ноги воткнул в мягкие туфли, в которых можно ходить по улице и, наваливаясь всем слабым телом на швабру, вышел в коридор.
Было тихо, как никогда. Не слышалось ни одного голоса, ни крика, ни шелеста эскалатора. Тут Макс с грустью подумал о том, что и движущиеся дорожки без электричества тоже не работают, значит, придется идти своими уже очень уставшими ногами. Он прошел немного и услышал тихий стук, доносившийся из соседней квартирки, где жил Игорь со своей милой женушкой Светой, которая была очень даже ничего, и на Крылова смотрела как-то по-особенному приветливо. И если бы Игорь не был его давним приятелем, он бы обязательно наставил ему рога.
Макс добрался до двери, открыл ее и крикнул:
— Света, Игорь, это Крылов. У вас пожрать что-нибудь есть?
Ему никто не ответил, он прошел внутрь и увидел два таких же игровых кресла, как у него, подключенных к системе, но они были пусты. Стучала открытая форточка, которую толкал ветер. Макс принюхался, пахло чем-то знакомым и очень противным. Он какое-то время пытался вспомнить, откуда знает этот запах, потом до него дошло — пахло мертвечиной. Он пошел на кухню, уже понимая, что ни Игоря ни Светланы больше никогда в свой жизни не увидит. Они либо умерли, либо очень далеко. Второй вариант его устраивал больше, хоть что-то внутри говорило, что тот неправильный.