Марс прошел вдоль развалин, стараясь не привлекать к себе внимания. Шапкой прикрыл брови, длинный воротник свитера поднял так, чтобы от лица остались одни глаза и его никто не узнал. Впрочем, как он ни старался, в новенькой одежде он выглядел белой вороной. За ним, не прекращая, следили сотни глаз из окружения Ярослава. Справа увидел сидящих на разбитой машине людей, которые негромко обменивались какими-то шутками, смеялись. В большой бочки из-под топлива потрескивал костер. Когда поравнялся, с ними они замолчали, проводили его пристальным взором, стали шушукаться за его спиной. Марс хмыкнул, почувствовал себя прокаженным человеком с открытыми гнойными язвами среди благоуханной идиллии. Только почему-то эта идиллия смердела хуже самой помойной ямы. Верить Ярославу он не собирался. Этот человек расправится с ним, как только получит свое. Поднял взор на серое небо. Слишком спокойное, словно перед бурей. Снова задумался о Кате. Как она там? Что с ней? Огляделся по сторонам, прикинул, что можно будет попытаться улизнуть во время боя, если конечно к нему не приставят головорезов типа Демьяна. Он дошел до выхода из так называемой резиденции, но пройти ему не дали, развернули обратно. Гуляй, человечек, гуляй, дыши воздухом. Тут его, конечно, никто не тронет, но и выйти не позволят. Словно скотина в стойле: кормят, поят, лечат, оберегают, а потом все равно прирежут, ибо держат изначально только для мяса. Легкое дуновение ветра погнало по земле мелкую поземку, зацепило старую алюминиевую банку и звонко ударило о торчащую из бетонного столба арматуру. Глупо на что-то надеяться. И так везло слишком долго. Марс подошел к заметенной скамейке, смахнул с нее снег и уселся.
- Неплохо устроился, - голос Казака прорезал слух. Демьян шел в окружении доброй дюжины подручных. Холодок прокрался по жилам. - Позволишь?
- Нет. Но ты все равно же сядешь. Так чего спрашиваешь моего разрешения?
- Пытаюсь быть вежливым. Сам понимаешь, приказ.
- Слушай, а если тебе прикажут засунуть голову себе в задницу, сможешь такое исполнить?
- Ха-ха-ха. Очень смешно, - Демьян сел и локтем пробил Марсу по ребрам. Тот согнулся и закашлялся. - Ты шути, шути. Чего перестал-то?
- Что-то живот прихватило. Неожиданно, - отдышавшись, пробурчал он.
- А-а-а-а, бывает. Ты себя-то береги.
- Я постараюсь. Я же ваше спасение. Ты либо пришел попросить меня, чтобы я тебя благословил перед грядущей битвой? Или, быть может, грешки твои отпустить? Могу и исповедать если что.
- Почти угадал. Знаешь, я был удивлен, как ты разобрался с моими парнями на площади. Серьезно. Те ребята были не молокососы какие-то, одни из лучших. Теперь я верю, что ты в одиночку с бандой Змея расправился. Сотник был моей правой рукой, моим другом. А ты взял и отсек мне к чертям собачьим конечность! Понимаешь о чем я? Кто теперь мне его заменит?
- Слушай, я так тебе сочувствую. Помнишь, со мной была девушка? Она тоже была моим другом.
- Вот ты въедливый. Сам остался живой и радуйся. Пора забыть наши разногласия. Как думаешь? Ты девчонку потерял, я друга. Может, на этом и порешим? Жизнь продолжается. Ты себе бабу найдешь новую. Хочешь, я сам тебя сосватаю? Мало что ли тут девок бродит? За кусок хлеба они знаешь какие чудеса творят? А насчет сотника, так свято место пусто не бывает. Князь подберет кого-нибудь и будет у меня новый дружок. Разве мало у нас с тобой врагов на этом свете? Нам с тобой дружить нужно. Сейчас день прожил и, слава богу. А так, сам подумай, ко всему дерьму, которое творится, еще ходи и думай, что вдруг кто-то не нарочно на курок нажмет или пику под ребра загонит. Хлоп и нет человечка. Мессия ты, не мессия - бессмертных-то нет.
- Говорят, был один такой чудотворец.
- Правда?
- Он еще по воде ходить умел.
- А с простреленным черепом он тоже мог чудеса творить? Так что ты подумай, хорошенько подумай, дружок, - он хлопнул Марса по плечу, подмигнул ему с прищуром и, покрутив ус, поднялся. - Пойдем ребята, нужно посты проверить по периметру. А ты сиди и думай.
- Я подумаю, - тихо пробормотал он, уходящим в след Демьяну. - Уже думаю.
Марс встал и пошел обратно под крышу к теплому камину. Проходя мимо переулка, услышал звон камня о ржавый кузов машины. Остановился. Второй камушек угодил ровно ему в голову, да так что он охнул, схватился за затылок и резко обернулся. В обвалившуюся стену кирпичного дома скользнуло темное очертание человека. Рука невольно потянулась к поясу, туда, где обычно было оружие. Глупое рефлекторное движение заставило его ухмыльнуться, сделал шаг назад. Высокий человек высунулся на мгновение и махнул рукой, призывая подойти к себе. Холодок пробежал по затылку и спустился ниже. Порыв ветра, со скрипом опрокинул прогнивший дорожный знак, который ударился о мостовую, поднимая вверх легкие пушинки свежевыпавшего снега. Внутренний голос настойчиво советовал Марсу убраться. Он бы так и поступил, если бы голова снова не вынырнула из темноты и уже настойчиво не произнесла: