- Ха-ха-ха! Его нельзя убить! Он бессмертен! Это его проклятие, глупая ты девчонка!
- Бес, - она перевела взгляд на гвардейца.
- Да, госпожа.
- Отправь его в млечный путь к их истинному богу. Они же так мечтают об этом.
- Воля ваша!
Бес мгновенно выхватил кинжал, острие впилось под лопатку старика, скользнуло по ребрам, пронзило легкие и сердце. Кончик жала на мгновение показался из груди и нырнул обратно в плоть. Старик всхлипнул, его глаза округлились, а тело вытянулось, чуть загнувшись назад. Гвардеец оттолкнул тело от себя и Великий пастырь Иван рухнул вперед. Бес достал из кармана смятый заляпанный темными пятнами платок, вытер клинок и убрал в ножны. Татьяна удовлетворительно кивнула головой.
- И что теперь мне делать, госпожа?
- Командовать своими людьми, под моим чутким руководством, - резко проговорила девушка.
- Боюсь у оставшихся без Великого пастыря и своего истинного учителя проповедников возникнет много вопросов по поводу произошедшего, - Бес вытянулся по струнке и склонил голову.
- Не возникнет, - в ее голубых глазах скользнула ярость.
- Резать всех? - вздохнул гвардеец.
- О-о-о-о, вижу главного палача и командира гвардии Нового Рима можно ничему не учить. Он понимает все практически без слов, - Татьяна подняла бокал, показывая, что выпьет за него и улыбнулась.
- Я не первый год живу, моя госпожа.
- Когда закончите с фанатиками, принеси мне голову девчонки.
- Как прикажите.
- И приведи ко мне китайца. Я сама вырву ему сердце.
- Да госпожа.
Гвардеец кивнул и вышел за дверь.
Маленькая комната, стол, стул, кровать и самодельная печь - все удобства дозволенные высшему составу Черного легиона. Генерал не любил излишеств сам и не одобрял их у подчиненных. Доев свой паек, Шон скомкал остатки трапезы и выбросил мусор в огонь. Взял со стола меч, закинул его в ножны за спину, натянул на голову капюшон и, захватив пакет со съестным для Кати, вышел из своей коморки. Он пересек площадь и ускорил, было, шаг, но тут же замер столбом. Нога вляпалась в красное. Кровь, сомнений не было. Но откуда? Шон осмотрелся. Из засохших кустов, торчали человеческие ноги. Медленно достал катану, подошел ближе, отодвинул мечом ветки. На земле в красном балахоне лежал проповедник, смотрел в небо стеклянными глазами, правой рукой прижимая рану на боку.
- Я иду в млечный путь, я иду в млечный путь, - еле бормотал служитель Огненных братьев.
- Эй? Кто тебя так?
- Гвардейцы. Они убивают нас, - служитель снова забормотал о том, что он улетает к своему богу.
- Гвардейцы? Какого черта?!
Но пояснений Самурай не услышал. Раздались отдаленные хлопки выстрелов. На парапете второго этажа прямо над подвалами камер Шон заметил возню и кинулся туда. Двое гвардейцев прижали к парапету служителя в красном, третий, смеясь, отрезал ему голову. Увидев Самурая, он остановился и выпрямился, так на половину и, не закончив свое кровавое дело.
- Чего застыл? Давай режь.
- У нас гости, парни, - палач кивнул в сторону Шона.
- Какого черта вы делаете?! - заорал на них Самурай и сделал несколько шагов на встречу.
Теперь уже перед Шоном стояли все трое. Мертвец слегка подергивался, словно пытаясь уползти.
- Приказ повелительницы Татьяны! - отрапортовал палач.
- Кого? - кисть крепче сжала меч.
- Александра больше нет. Татьяна возглавила Новый Рим. Огненных братьев приказали пустить в расход.
- Генерал в курсе всего происходящего?
- Мы не служим генералу. Мы подчиняемся нашему командиру, а он великой Татьяне.
Самурай склонился влево и посмотрел вниз. Оказалось, что на площади лежало еще с десяток тел служителей, которых снизу было не видно. Стрельба и крики теперь слышались отчетливо и повсюду. Он убрал меч в ножны и перевел взгляд на гвардейцев.
- Слава великой Татьяне!
- Татьяне слава! - проголосили ему в ответ гвардейцы и вновь занялись своей жертвой
Самурай развернулся и поспешил к камере, где сидела Катя. В голове уже складывалась нехорошая картинка. Бессмертный Александр мертв. Как такое возможно? Если умер Александр, что тогда с генералом? И что вообще творится? Идеальный мир, который хотел построить Новый Рим, рушился на глазах, и Самурай не понимал почему. У дверей, где держали пленницу, дежурили четверо вооруженных здоровых мордоворотов. Они явно ждали его.
- Эй, ты! Иди сюда! - приказал один и гвардейцев.
- Я? - произнес Самурай так, словно тут был еще кто-то, к кому они могли обратиться.
- Ты-ты! Иди сюда. Открой дверь, нам нужна девчонка. Приказ великой Татьяны. А тебя велено сопроводить к повелительнице.