- Радуйся. Теперь это твоя паства. А ты спаситель, - с насмешкой хмыкнул голос. - Ты стал их богом. Ты больше чем человек, выше, чем они. Стадо это поняло. Разве ты не видишь этого? Ты новый бог, который вправе любить их и наказывать. Они обрели веру. Веру в тебя. Веру в то, что ты построишь для них новый рай на земле.
- Заткнись! Заткнись! Заткнись!!! - он отшвырнул меч, схватился за голову, упал на колени и уткнулся лицом в снег. - Ненавижу все это! Ненавижу! Будь оно все проклято!
Кто-то осторожно присел рядом. Марс поднял голову. Человек припал на одно колено, протянул ему его меч, смиренно уставившись в землю и боясь посмотреть на бога. Марс вытер глаза, выпрямился, посмотрел на тех, кто окружал его. Люди словно по команде рухнули на колени. Он взял клинок, убрал его в ножны и поспешно зашагал в проклятый дом. Через несколько минут Марс перенес девчонку, укутанную в тряпки, в другое строение. Катя была без сознания, бредила, постоянно дергалась и закрывалась руками, вскрикивала. Непонятно как истерзанное и измученное тело перенесло все, что с ним сотворили.
Марс сидел рядом с ней. Ему принесли одежду. Он переодел ее в чистое и никого не подпускал ни к себе, ни к ней. Целый день они провели среди рухляди, ящиков и коробок. Марс жег костер, смотрел на Катю, как в лучшие старые времена, которые он всегда считал худшими. Оказывается, что и среди непроглядной мглы бывают серые оттенки, которые и являются светом. Цветок жизни. Так назвал ее Виктор при первой их встрече. А он не смог уберечь ее, не смог защитить. Забыл про нее ради власти, навязанной ему этим миром. С самого детства Виктор пытался уберечь его и только сейчас Марс понял от чего. От всего этого. От самого себя. Вот почему он опасался людей, вот почему всегда они были одни. Мессия стал Богом. Богом чего? Апокалипсиса! Виктор убегал не от Огненных братьев. Виктор убегал от Марса, от его второго я, от голоса который теперь начал с ним разговаривать и брать верх. Марс подкинул в пламя остатки деревянного ящика. Отодвинул ногой подальше кастрюлю, в которой снег уже растаял, поднял с пола лежащую тряпку, порвал ее на лоскуты и хотел сменить несколько повязок у девочки.
- Марс? - она вдруг открыла глаза.
- Да, - он кинулся к ней, припал на колени, стал гладить по голове. - Ты как?
- Ты мне снишься?
- Нет, это я. Это я! Я здесь с тобой!
Она вздохнула и отвернулась.
- Поговори со мной. Прошу.
- Я не знаю о чем. Все тело болит.
- Хочешь, расскажу тебе какую-нибудь сказку? Я помню те, которые рассказывал Виктор.
Он нес какую-то чушь, говорил с ней как маленькой, словно она вновь проснулась от ночных кошмаров.
- Ненужно. Я уже большая. Да и в них одна выдумка. Слишком все в них хорошо, такого не бывает. Добро не может победить зло. Зла слишком много. Да и чтобы победить его добро должно творить вещи гораздо страшнее, чем делало зло, - она посмотрела на Максимыча и заплакала.
- Тебя больше никто не обидит. Я обещаю.
- Ты уже обещал один раз. Не нужно.
Она взглянула на него и отвернулась.
- Ты ненавидишь меня?
- Я ненавижу себя.
- Ты о том, что случилось? Брось. Главное что ты жива. Ты поправишься. У меня, у нас, теперь есть все. Еда, оружие, теплый дом. Нам теперь незачем бежать. Тысячи людей будут делать все, что ты им прикажешь. Ты только поправляйся.
- Я говорила им, что ищу тебя. Я говорила им, что ты мой друг. Им было плевать. Думаешь, что-то изменилось теперь? Ты не можешь управлять всеми и следить за всеми. Это невозможно. Это может только тот человек...
- Какой?
- Тот, который был у Виктора на шее. Тот, которого распяли на кресте из-за людей. А ты не он.
- Ты права, - он склонил голову. - Я далеко не он.
- Наша жизнь это кошмар, и мы кошмар. Зачем мы только живем? - она прикрыла глаза и по щекам снова потекли слезы.
- Брось. Брось! - он поцеловал ее, вытер слезы. - Ты пока жива. Я жив. Столько всякого дерьма с нами приключилось, а мы по-прежнему живы. Мы по-прежнему вместе. Нас разлучили, а мы, пройдя через ад, снова встретились. Значит, это кому-то надо, значит, так и должно быть!
- Ну да. Возможно. Только все равно жизнь это полное дерьмо, - она немного подумала и добавила. - Я пить хочу.
Марс кинулся к своему месту, схватил кастрюли, поспешил обратно.
- Катана?
- Что? - он замер около нее.
- Тот меч. Откуда он у тебя?
- Трофей, - спокойно ответил Марс и присел к ней. - Нравится? Хочешь, я подарю его тебе.