- Ладно, пойдем, - он похлопал его по плечу и подтолкнул вперед.
Марс медленно пошел. На него смотрели, словно на диковинного зверя. Он прижал ближе к себе тюк с едой. «Не уж-то придется делиться с ними припасами?» Его подвели к большому столу и усадили. Он, словно запуганное животное, смотрел на них, ожидая какого-нибудь подвоха. Вот сейчас, сейчас, сейчас они покажут свое истинное лицо. Но ничего не происходило. Перед ним поставили железную миску с отварным картофелем и парой ложек вареной пшеницы.
- Ешь.
- Да у меня свое есть.
- Ешь. Твои припасы тебе еще понадобятся, если надумаешь уйти.
- Вы что, тут всех так встречаете? В чем подвох?
- Мы хотим тебя отравить, а потом забрать все, твои вещи, - нагнувшись вперед через стол, тихо прошептал здоровяк, а потом заржал во весь голос и ударил ладонью по столу. - Да жри ты, не бойся! Меня Паша зовут. Если что, я тут вроде главного, - он вытащил сигарету и закурил.
- Марс.
- Как шоколадку, что ли?! - снова рассмеялся Паша, но явно уже наиграно, словно знал заранее, как зовут этого незваного гостя.
- Как планету, - недовольно парировал Марс, хотя сначала хотел сказать, что как бога, но вовремя передумал. Он положил сверток возле ног, еще раз огляделся, взял в руки огненную картошку и стал чистить ее от кожуры. - Откуда такое добро?
- У нас тут свое подсобное хозяйство. Выживаем, как можем.
Откуда-то сверху послышались тихие шаги. По винтовой лестнице спускался человек в защитном камуфляже снайпера, в руках винтовка Драгунова.
- О-о-о-о, а вот и наши глазки идут.
Глава 9 КАЗНЬ
Ожидание, что может длиться дольше? Катя сидела, обхватив колени руками, положив на них голову. Снаружи люди о чем-то громко разговаривали. Сколько прошло времени с того момента как она осталась одна? Час или два? А может минут десять? Она поднялась и стала ходить, разминая ноги и затекшее тело. Передвигаясь по периметру сарая, она проводила рукой по выпирающим доскам, извлекая монотонный, но приятный звук «бам, бам, бам, бам». Тук. Маленькая рассохшаяся дощечка выскочила наружу. Катя лишь слегка поддела ее рукой, образовалась щель примерно в пару сантиметров. Она просунула в нее руку и попыталась выломать доску побольше, но бесполезно. Ударила по ней ногой. Все осталось, как и было.
- Зараза! - выругавшись, она припала к щели.
Метрах в двадцати от места ее заключения на небольшой площади к высокому деревянному столбу был привязан Владимир. Чуть дальше толпа: люди явно местные, не военные, человек двадцать пять. Тут же построились солдаты, образовывая букву «П». Рядом с лобным местом находился стол, за которым сидели еще люди. Луций стоял в стороне, скрестив руки на груди. Смотрел куда-то в сторону, словно его это все не касалось. На фоне остальных выделялась сухощавая старуха. Сгорбившись, она опиралась на палку, с пониманием молчаливо смотря то на генерала, то на приговоренного. Толпа орала. Владимир крутил головой, задрав ее вверх, пытаясь выхватить из общего шума хоть что-то внятное. Один человек из тех, что находились за столом, поднялся. Все затихли. Было плохо слышно, о чем он говорит, но после его речи раздались аплодисменты. Толпа возрадовалась. Катя выросла в новом мире и четко понимала, что такое поведение людей не несет в себе ничего хорошего, особенно для того, кто стоит у столба. Владимир в ответ снова завел свою религиозную шарманку.
- Вот что я отвечаю сердцу моему и вам и потому уповаю на это: по милости Господа мы не исчезли, ибо милосердие Его не истощилось![1]
Это Катя слышала отчетливо. Он пытался донести, на что всем попросту было плевать. Владимир скандировал до хрипоты, останавливаясь лишь, чтобы набрать в грудь воздуха и снова взяться за проповедь. В толпе пронеслось недовольство и раздражение, раздался свист и крик, подсказывающие, чтобы с ним уже кончали, но Луций почему-то медлил, ожидая пока Владимир выговорится. Складывалось ощущение, что генерал понимал все, о чем проповедовал этот несчастный. Когда тот начал кричать про мессию и второе пришествие, Луций вздрогнул, словно пробудился ото сна, и скинул капюшон. Толпа затихла и даже Владимир, казалось, почувствовал перемены. Его голос становился тише с каждым шагом Луция в его сторону. Генерал наклонился над его ухом, что-то произнес и сделал жест рукой. Из толпы вытащили гроб. Владимира развязали, он сопротивлялся. Потребовалось пятеро мужчин, чтобы затолкать его в деревянный ящик и заколотить крышку. Гроб подхватили под радостные крики толпы и понесли его к сараю. Люди следовали позади, ликуя. Когда они подошли совсем близко, Катя спряталась, выждала время и снова вернулась к наблюдению, но отскочила прочь. С другой стороны на нее смотрел Луций. Через мгновение щелкнул замок на двери. Катя прижалась к стенке как к чему-то спасительному. В проеме появилась мрачная фигура Луция, который быстрым шагом подошел к ней, схватил за руку и потащил к выходу. Девчонка упиралась, вцепилась даже зубами в руку, все четно, он с легкостью вышвырнул ее на улицу.