- Жалко их стало?
- Что? - Катя подняла голову и посмотрела на Луция.
- Гляжу, ты опечалена случившимся, - он показал пальцем себе на глаз. Оставляя на лице красный отпечаток, кровь по-прежнему сочилась по его руке по той самой, которую он резал при Кате. Девчонка быстро стерла со щеки слезинку и шмыгнула носом. - Они заслужили то, что заслужили. Вера - это человеческая глупость. Она приносит только страдания. Не жалей их, лучше пожалей себя.
Все оставшееся время ехали молча. Монотонная дорога, серые невзрачные дома и люди, сухие деревья и темное небо над головой. Пересекли каменный мост через высохшую реку и въехали на пригорок. От увиденного у Кати по спине пробежали мурашки. Огромный остров обнесен высоким каменным забором, а за ограждением город, целый и невредимый. Еще дальше, почти на горизонте темная полоска свинцового цвета шумит, словно плачет, перекатывается и вспенивается. Столько воды Катя не видела никогда. Раньше эта вода, наверное, подходила к городу, теперь отступила далеко от него, оставив на своем месте ржавые корабли и горы хлама. Вблизи города шевеление. Люди. Много людей работают. Каждый что-то делает. Удивительно!
- Новый Рим! Прибыли! - улыбаясь, произнес генерал, и колонна поехала вниз по склону, устремляясь к стенам, к людям, к свинцовой воде.
Глава 21 ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОЛГА
Белая плоскость равнины с сухими стволами деревьев иногда сменялась небольшими холмами и серо-белыми низинами, заваленными снегом. Одинокие клоки кустарника, сухого и корявого, уродливого, как и весь мир, распространились равномерно на безжизненной почве. Темные и угрюмые облака, нависали сверху так низко, что вот еще чуть-чуть и этот свинцовый навес готов был рухнуть на тебя, задавить чудовищной массой и похоронить под собой.
Шли долго, строго на юг, жутко устали. Лиза валилась с ног, а Марс все пытался кого-то нагнать. За все время в пути не встретили ни живой души. Никакого движения вокруг. Это давало обманчивое ощущение безопасности. Пересекли обмелевшую и почти высохшую реку. Глубокие шрамы, оставленные рекой, рассекали мертвые поля, поросшие редкими деревьями и кустарником.
- Слушай, может ты все же, расскажешь, куда мы так несемся без остановок? - не выдержав, поинтересовалась Лиза.
- Вам всем лучше знать. Меня ведет он... - Марс поднял левую руку вверх и оттопырил указательный палец.
Лиза посмотрела на небо, но кроме серой пелены так ни чего и не увидела.
- Я же великий спаситель, - усмехается, добавил Марс.
Девушка только покачала головой, фыркнула, словно обиженная кошка, а он, проходя мимо кустарника, сломал сухую ветку, вставил ее в отворот шапки.
- Ты что делаешь?
- Как что? Устанавливаю связь, сейчас только антенну настрою на божественную частоту и все будет прекрасно, - он начинает издавать звуки, словно настраивает приемник.
- Хватит паясничать. Не смешно!
- Есть... Тише, тише! - он замирает, и Лиза припадает на одно колено, рефлекторно скидывает ружье с плеча.
- Что? Ты кого-то заметил? Где они? - водя винтовкой то вправо, то влево, шепотом интересуется она.
- Там, - палец поднимается снова к верху. Кажется, я установил контакт.
- Какой еще контакт?
- Контакт с самим Архангелом Михаилом. Ало это небесная канцелярия? Ало? Вас плохо слышно! Это Мы люди! Да, да те самые которые все не как не подохнут, как бы вы не старались, - он поворачивается к Лизе с улыбкой до ушей. Потом и вовсе начинает ржать.
- При-ду-рок! - протягивает она по слогам, поднимается, закидывает СВД за плечо, проходя мимо Марса, пихает шутника в плечо.
- Ай! Блин больно же! - он роняет сухую ветку, хватается за замотанную кисть. Да я пошутил! Постой! - он ускоряется, пытаясь догнать свою спутницу.
- Отвали!
- Да это шутка такая!
- Дебил блин! Я, правда, думала что...
- Что ты думала? Что я кого-то увидел или я миссия? Миссия! У-у-у-у-у... - он трясет рукой и головой дела придурковатое лицо.
- Не чего я не думала все проехали.
- Да постой! - он хватает ее за рукав, разворачивает к себе, она делает шаг на встречу по инерции и их лица почти соприкасаются. Теплое женское дыхание, большие карие глаза смотрят пристально, как то искренни еще не много и Марс сможет раствориться в них. Зубы стискиваются, от осознания того что эта маленькая слабость не допустима. Все кто бывает ему дорог, умирают. Марс опускает взгляд, смотрит, как поднимается грудь Лизы при каждом ее вздохе. Чувствует, что она ждет его первого шага к ней на встречу. Желваки дергаются. Зубы стискиваются еще сильнее.
- Да я пошутил просто, - он отпускает ее и устремляется вперед, тяжело выдыхая и качая головой.