- Нашего хозяина сейчас тоже нет рядом!
- А разве в аду должен быть хозяин?
- Не могу понять одного, почему я должен страдать, а ты ублажать его?
- Потому что жизнь порой бывает, несправедлива, мой великий учитель. Если я потеряю свою привлекательность, с тобой уж он точно спать не ляжет. Быть может, ты хочешь с ним нянькаться? Или ты забыл, что я его Мария. Ты же помнишь, что велел тебе твой покровитель?
- Мерзкая подстилка! Вот кто ты! - он снова раскашлялся. - Если он не сделает то, что должен, я сам придушу тебя! Ты используешь Луция в своих целях! Он должен закончить игру! Наш хозяин должен победить в ней!
- Человеку свойственно мечтать. А человеку, прожившему столько тысячелетий, мечтать еще и полезно. Мерзкий ничтожный калека. Ты ведь теперь существуешь только для того, чтобы поддерживать меня и его. Боги ушли, их больше нет, и они не будут вмешиваться в то, что происходит. Нам лишь нужно делать то, что нам приказали, то, для чего нас создали, то, что мы приняли, то, во что мы верим. Ты, между прочим, можешь больше не бояться Анатаса. Теперь он всего лишь призрак. Как и его брат. Теперь мы стали властью на этой планете. Мы боги. Хотя и на короткое время. По мне лучше один раз напиться крови, чем всю жизнь питаться падалью. Слишком долго нас загоняли в тень? Тебе так не кажется?
- Заткнись! Вырвать бы тебе твой мерзкий язык! Я знаю, чего ты хочешь мерзкая девка! Ты мечтаешь только о мщении! Хитрая змея! Хочешь поквитаться со всеми нами! - он попытался подняться, но, затрясся всем телом, опустился на свое место.
- Что такое, великий учитель Александр? Вы ослабели? Смирись уже с тем, что ты просто сосуд, который питает меня и Луция. И когда мы выпьем твою жизнь до дна, - она отпустила в его сторону воздушный поцелуй, - ourevoir, красавчик. Знаешь, возможно, мы станем с ним новыми Адамом и Евой. Как думаешь? Может, для этого мы нужны были нашему повелителю? Создать новых людей, новый мир, только теперь по замыслу Анатаса? А может, я хочу наоборот возродить человечество без вас? Без тебя, без тринадцатого и без всех кто хоть как-то связан с вами? Может спасителем стану я? Как тебе такой расклад?
- Дура! Не неси ерунды! Когда я сдохну, сдохнет и весь мир! Я не боюсь смерти, я всегда останусь верным ему!
- Как и все кто встал на его сторону, мой милый Александр, как и все. Мир же должен быть наказан за то, что сделал с нами, не так ли? - она мило улыбнулась.
- Ах ты хитрая, лживая стерва! Мягко стелешь. В твоих словах нет ни капли правды! Каким же ты стала чудовищем! Ты ведь затеяла свою игру, не так ли?! Хочешь возродить мир, после того, как Луций разрушит его до основания? Хочешь быть богом, Татьяна? - закашлявшись, промолвил он, вытер губы и провел по волосам рукой, чтобы убрать пряди свисающие со лба.
- Богом? А почему бы и нет? Что такое, малыш? Что-то не так? Твое тело гниет заживо. После того, как ты совсем разложишься, у меня будет еще много времени.
- Глупая девка! Ты затеяла то, чего тебе не реализовать. Никогда, - он вытянул вперед обезображенную руку, держа в трех перстах клок волос.
- Это твои пустые фантазии. Хотя... - она мило улыбнулась, правая бровь поднялась вверх, ее ровные белоснежные зубы сверкнули, словно у хищника. Я же любимая Мария Луция. Кого он поддержит, случись что? А? Кого он послушает? Старого хрыча или его любимую...
- Раньше, таких как ты, сжигали на кострах.
- Раньше и трава была зеленее...
- Заткнись! Или я...
Но Татьяна перебивает его на полу слове.
- Или ты? Что? Что ты сделаешь? Ты даже не можешь теперь выйти к тем, кого призвал, к себе? Кто будет вести переговоры с главами общин, которые служат нам? Если они увидят это, - она кивает головой в его сторону с улыбкой и добавляет. - С полуразложившимся мертвецом они разговаривать не станут! Увидят тебя таким и наша власть над ними ослабнет.
- Зато они станут разговаривать с моим кулаком!
- Твой кулак сжимаю я или ты забыл, - она рассмеялась.
Александр застыл и уставился на дверь помутневшим глазом.
- Что-то случилось?
- Тринадцатый. Он здесь. Силы покидают его. Тебе нужно спешить. Беги к нему, я наполню его силой!
- Почему ты не почувствовал его приближения? Его нужно было встретить еще у ворот в город!
- Я слабею. С каждым разом все больше. Его нельзя выпускать на долго из храма. Он уже давно должен был убить Мессию и расправится с теми, кто выступает против нас.
- Знаешь, этот Мессия не тот, что был раньше. Как видишь, его приходится искать, носясь за ним по всему миру. Он что-то не очень хочет принести себя в жертву во спасение людей.