Не стала искушать судьбу и взялась за первый камень. Начала с небольших, старалась идти не слишком быстро, чтобы тело привыкло. Получалось очень медленно, но я ведь никуда не спешила. И сроков не давали.
Туда, потом сюда. Взять камень, подняться, положить в просторном помещении, которое напоминало пещеру правильной квадратной формы с гладким бетонным полом, спуститься. Повторить предыдущие шаги. Не сидеть на месте.
Сколько часов я так ходила, не знаю, но, когда Себастьян наконец сообщил о завершении работы на сегодня, мышцы горели от каждого жеста. А потом предстоял длинный путь обратно в общую комнату. Без сил упала на пол у стены, пытаясь взглядом найти Алекса. Но увидела лишь бегущую ко мне Оливию.
— Он ещё не пришёл, — объяснила девочка. — Его увели через час после тебя.
— А куда, не знаешь? Как вообще распределение труда происходит? — спросила я и тут же усомнилась, что ребёнок сможет ответить на такой вопрос.
— Не знаю. Но можешь спросить у тёти Анжелы. Она тут многое знает и всем помогает. И заботились обо мне, пока вы с Алексом не пришли.
Тётей оказалась женщина лет 30 с красивыми рыжими волосами. Вокруг неё бегали дети помладше Оливии. Видимо, занималась ими, пока родители работали. Если вообще у них ещё были живы родители. Приятная на разговор, она рассказала много интересного.
В зале почти постоянно присутствовали солдаты. Два раза в сутки они сменяли друг друга, в полдень и в полночь. Мужчинам обычно давали работу потяжелее. Длина смен разнилась в ззависимости от сложности работы. Я, например, таскала камни всего 4 часа. Люди в теплицах могли сидеть и по 12 часов. Алекса, скорее всего, отправили именно туда, так как люди Ястреба недавно расширили площадь посадки и рук не хватало. Хоть кому-то из нас повезло.
И в целом людей здесь было больше. Примерно четверть изначального количества умерла. Я нахмурилась и спросила, от каких причин. От болезней, от укуса зомби (это относилось больше к людям Ястреба), от нелепых случайностей на рабочем месте. Например, на одного парня месяц назад упал шкаф с инструментами. Ножки не выдержали и подломились. Причём никто этого не увидел, обо всем сообщила государственный медик. Солдаты смогли вытащить тело, но было уже поздно. Его сожгли уже через несколько часов, а шкаф потом чинили другие работники.
Я задумалась. Слишком нелепой казалась эта смерть. Да и в целом их количество настораживало. Это ведь не какой-то посредственный лагерь, а государственный бункер. Именно поэтому здесь могло быть не все так хорошо и прозрачно.
В ожидании друга сходила в душ, стараясь не смотреться в зеркало. Одежда скрывала синяки, от вида которых веселее не становилось. Мышцы рук и ног сходили с ума от сегодняшнего, и я знала, что потом будет хуже. Они начнут болеть при каждом движении, будет ещё сложнее выполнять работу. На это Ястреб и рассчитывал. Тяжёлая работа для тяжёлого заключённого. Посмотрим, кто кого.
Алекс вернулся часов через 5 после моего возвращения. По его уставшему виду сразу стало понятно, что тоже досталась нелёгкая работенка.
— Копал грядки, таскал удобрения, носил какой-то инвентарь и все в таком духе. — рассказал он после ужина, когда Оливия уснула. Некоторое время они провели время вдвоём, а я не мешала и сидела в сторонке. Благо кровати всех нас троих стояли достаточно далеко. — Там довольно низкий потолок, яркие лампы и очень большая площадь. Я все время боялся, как бы потолок не обрушился.
— Жалко, что он не может упасть лишь на ястребов, — вздохнула я с огорчением и тут же запнулась, вспомнив о Себастьяне. — Почти на всех.
Алекс удивлённо посмотрел на меня. Пришлось рассказать о неожиданной встрече. И только тогда в голову пришла яркая, тревожная мысль. Она настолько поглотила все сознание, что я встала и начала бродить между кроватями, разглядывая людей. Её не было видно. В отчаянии стала расспрашивать почти каждого, не знали ли они ту девушку.
«Нет».
«Впервые слышу».
«Без понятия».
— Ева, что ты делаешь? — Алекс осторожно взял за руку и развернул к себе. Я судорожно вздохнула.
— Элис, моей подруги, здесь нет.
8. Бункер
Через какое-то время удалось успокоиться. Оказалось, что Анжела знала Элис, помогала ей освоится, как и многим другим. Но на прошлой неделе она заболела, солдаты увели её в лазарет, чтобы не заражать остальных. Никто из опрошенных не знал о ней лишь потому, что людей здесь было достаточно много и многие не запоминали всех имён. Вот если бы я описала внешность, то быстро бы услышала положительный ответ.