Сначала я просто жила. Потом начала исследовать. Лазила по кабинетам, собирала материалы, пыталась найти хоть какую-то закономерность. Может, шанс на вакцину.
Но сегодня всё пошло не по плану. Выстрелы. Кто-то ворвался. Я схватила пистолет, захлопнула лабораторию и пошла на шум. Обычно сюда никто не заходит. Ни люди, ни эти твари. В коридоре — фигура. Мужчина. Высокий, в чёрном, с автоматом в руках. На поясе пистолеты, ножи. Опасный. Опытный.
— Алекс? — не поверила я.
— О, Ева! — он улыбнулся, как старому другу. — Рад видеть. — и продолжил методично отстреливать зомби. В ноги.
— Ты промахиваешься специально?
— Ну... возможно. — ухмыльнулся он. — А ты чего тут?
— Живу. Тут лаборатория хорошая. А ты осторожнее, у них регенерация бешеная.
— Сама-то чего в одиночку здесь? — он наклонился к убитому зомби.
— Осторожно! — выстрелила я, когда мертвец дёрнулся. — Я здесь одна. Почти.
— Почти? — приподнял бровь Алекс. — Ладно, показывай лабораторию.
Я повела его вниз. Он — за мной, волоча тело зомби. На полу оставался след из крови.
— Знаешь, там в подвале зомби. Один. Особенный.
— Ты меня ему скормить хочешь? — рассмеялся он.
— Он безобидный. Даже разрешает брать анализы.
— Даже?.. — усмехнулся Алекс.
— Не тупи. Не стреляй. И не ори. — я открыла дверь.
В углу стоял он — мой «подопытный». Назвала его Фома. Когда тот увидел Алекса, зарычал.
— Он свой, — спокойно сказала я.
— Ты не шутила?.. — Алекс побледнел. — Как такое возможно?
— Не знаю. Он меня не трогает. А тебя — явно не любит. Может, запах. Может, что-то ещё. — я пожала плечами.
— Ты в курсе, что весь мир на коленях? Америка, Россия ещё как-то держатся. Но в целом – мрак.
— В курсе. Потому и исследую. — протянула ему блокнот. — Всё фиксирую. Пытаюсь понять.
Алекс молча читал. Долго. А я брала очередной анализ у Фомы. Спокойно. Почти как в нормальной лаборатории.
Вдруг почувствовала взгляд. Подняла голову — и встретилась с глазами Алекса. Ужас. Непонимание. Страх.
— Что?
— Ты не такая, как все, — медленно сказал он.
Я впервые за долгое время задумалась: а если он прав?
— Ты удивительная, — наконец сказал он. — Серьёзно. Ты тут, одна, живёшь, работаешь, дружишь с зомби... Это больше, чем респект. Я искал лабораторию, искал, как изучить их. А ты уже всё устроила. Молодец.
— Спасибо. — Я не знала, что сказать. — А... как там Оливия?
Лицо его потемнело.
— Не знаю. Благодаря тебе она за стеной. Жива. Не видит этот ужас. Я должен радоваться. Но... я всё равно переживаю. Не могу не думать.
— У меня там друзья. С детства. Знаю, каково это – не знать. Но она в безопасности. А ты здесь. Значит, сильный. Или глупый. Но точно не равнодушный.
Он ничего не ответил. Лишь посмотрел на меня, потом на Фому. Подошёл чуть ближе — и тот тут же зарычал.
— Ладно, ладно... — поднял руки Алекс. — Он явно меня не любит.
— Взаимно. — я хмыкнула. — Не трогай его. Он важный.
— А ты и вправду... с ним? — он снова усмехнулся, но взгляд был серьёзный.
— Извращенец. — я закатила глаза. — Это наука. И жизнь. Не больше.
— Ну, звучит как «больше». — он улыбнулся и, неожиданно, приобнял меня за плечи. — Извини. Просто... ты единственная, кто остался. Из живых.
— Ну, кроме Фомы. — напомнила я, показывая на зомби.
— Да. И ты ему явно нравишься. Хотя, скорее всего, наоборот. Но ты... не такая. Ты как будто вне их логики.
— Я стараюсь понять, как они думают. Анализирую поведение, структуру мозга, реакции. — я протянула ему блокнот.
Он листал его молча. Записей немного — я больше держу в голове. Пока он читал, я снова взяла у Фомы кровь. Он даже не дёрнулся. Как будто знал.
Когда я обернулась, Алекс смотрел на меня так, будто впервые видел.
— Что? — спросила я.
— Ты... — он качнул головой. — Даже не знаю. Либо гений. Либо уже одна из них.
Я посмотрела на него — спокойно. Потом усмехнулась:
— А может, всё сразу.
— У них быстрая регенерация? — Алекс уставился на меня так, будто я только что заявила, что мертвецы умеют танцевать вальс. — Ты ведь писала, что даже если прострелить мозг, это ещё не гарантирует смерть.
— За месяц они сильно изменились, — я устало выдохнула и поставила вакутейнер в подставку для пробирок. Пальцы неловко дрогнули – усталость давила на тело, как влажное одеяло. — Эти... мертвецы не только быстро восстанавливаются. Если убить одного, остальные, кого он обратил недавно, тоже погибают.
Конечно, я умолчала, что это «недавно» — примерно час. Не стоит выкладывать всё сразу. Алекс смотрел на меня, прищурившись. В его взгляде читалось то ли недоверие, то ли смесь интереса и полного непонимания.