«Троянские» роботы теперь трудились во всех IRC, перепрыгивая на любой канал, где имелся хоть какой-то трафик. Иногда пять-шесть ботов начинали флиртовать друг с другом. Когда Феликс наблюдал за тем, как одна вирусная программа пытается уговорить другую свою версию загрузить «трояна», ему становилось немного не по себе.
Они одновременно вышибли бота из канала. У него теперь для этого имелся скрипт. Количество же спама практически не уменьшилось.
> Как получается, что спама не становится меньше? Ведь половина чертовых инфоцентров уже не работает
Queen Kong долго не отвечала. Как и всегда, если ожидание ответа затягивалось, он уже привычно перезагрузил главную страницу «Google». И точно, сайт завис.
> Сарио, у тебя хоть какая-то еда есть?
> Вам не помешает парочка лишних обедов, ваше превосходительство?
Ван снова перешел на «Майора Макчиза» и находился на том же канале.
— Вот ведь скотина… А ты сегодня неплохо выглядишь, чувак.
Ван смотрелся далеко не так хорошо. Вид у него был такой, словно его может повалить хороший порыв ветра, а речь стала флегматичной и вялой.
> привет Kong все в порядке?
> все хорошо пришлось отойти и дать кое-кому пинка под зад
— Как трафик, Ван?
— С утра упал на двадцать пять процентов.
Имелось определенное количество сетевых узлов, соединение с которыми осуществлялось через их маршрутизаторы. Предположительно большую их часть составляли домашние или коммерческие пользователи из тех мест, где еще было электричество, а центральные АТС телефонных компаний пока работали.
Время от времени Феликс подключался к каналам связи и прослушивал их, надеясь отыскать кого-нибудь с новостями из большого мира. Но почти весь трафик оказался автоматическим: пересылались резервные копии данных или обновления. И спам. Много спама.
> Количество спама растет потому, что службы по борьбе с ним отключаются быстрее серверов и компьютеров, на которых спам генерируется. Все службы по борьбе с сетевыми «червями» централизованы и собраны в нескольких местах. А генерируется спам на миллионах зомбированных компьютеров. Жаль, что у лузеров не хватило здравого смысла выключить свои домашние компьютеры перед тем, как откинуть копыта или смыться.
> если так пойдет и дальше то к обеду мы уже не будем пересылать ничего кроме спама
Ван хрипловато и с натугой кашлянул.
— Как раз хотел об этом поговорить, — сказал он. — Я думал, что этот момент наступит раньше. Феликс, по-моему, если мы просто возьмем и уйдем отсюда, этого никто и не заметит.
Феликс посмотрел на его изможденное лицо, кожу цвета говядины, длинные незаживающие расчесы. Пальцы у Вана дрожали.
— Ты пьешь достаточно воды?
— Весь день, каждые десять секунд. Что угодно, лишь бы брюхо не было пустым. — Он показал на стоящую рядом с ним полную воды двухлитровку из-под «Пепси».
— Надо устроить совещание, — решил Феликс.
В первый день их было сорок три. Теперь осталось пятнадцать. Шестеро отреагировали на сообщение о сборе своеобразно — просто ушли. Все и так знали тему совещания.
— И ты допустишь, чтобы все попросту развалилось?
Только у Сарио еще хватало энергии, чтобы разозлиться по-настоящему. Он будет злиться до самой могилы. На горле и лбу у него даже выступили вены. Он потрясал кулаками. Завидев его, остальные сразу встрепенулись и не сводили с него глаз, забыв о необходимости поглядывать в окошки чатов или журналы трафика.
— Сарио, ты что, издеваешься? — воскликнул Феликс. — Ведь это ты хотел прикончить Сеть.
— Я хотел сделать это чисто! — рявкнул Сарио. — И не хотел, чтобы она истекла кровью и померла навсегда, дергаясь и задыхаясь. Это должно было стать общим решением глобального сообщества тех, кто её поддерживал и обслуживал. Конструктивным действием, совершенным людьми. А не победой энтропии, хакерских программ и вирусов. Черт побери, ведь именно это сейчас и происходит в Сети.
В кафе на верхнем этаже по всему периметру имелись окна из закаленного стекла, отклоняющие свет. Обычно жалюзи на них были опущены. Теперь Сарио промчался вдоль окон, поднимая жалюзи. Феликса изумило, что у Сарио еще осталась энергия, чтобы бегать. У него едва хватило сил подняться по лестнице в кафе.
Помещение залил резкий дневной свет. За окном был ясный солнечный день, но куда бы ни падал взгляд из этой высокой точки, везде над Торонто поднимались столбы дыма. Башня в центре города, гигантский модернистский кирпич из черного стекла, извергала в небо пламя.