— Все мы агностики, — заметил я. — Или были ими.
Подбирая команду, руководители полета отдавали предпочтение людям, принимающим решения на основе имеющейся информации, а не в соответствии со своими ожиданиями или предположениями. Такие люди обычно и являются агностиками.
— Я не изменилась, — сказала Джоди.
Я удивленно взглянул на нее:
— Ты серьезно? Все население планеты исчезает, во всех найденных нами газетах рассказывается о втором пришествии Христа — с фотографиями, и все кладбища пусты. Неужели это не сделало тебя верующей?
Она покачала головой и просто спросила:
— Зачем мы здесь?
— Что значит «зачем»?
— Я хочу сказать — если предположить, что Иисус действительно сошел на Землю во второй раз, наступил день Страшного суда и души праведных вознеслись на небо, тогда что мы здесь делаем? Почему Он не забрал с собой и нас?
— Нас не было на Земле.
— Трех тысяч поселенцев, которые жили на Луне, тоже не было на Земле, но их забрали.
— Мы летели со скоростью девяносто восемь процентов от световой. Мы находились на расстоянии трех с половиной световых лет отсюда.
— И поэтому Господь нас не заметил. Вот почему я не верю во все это. Если бы Он был всеведущ, Он бы знал, что мы там.
Я и сам думал об этом с тех пор, как мы вернулись.
— А может быть, Он знал, — возразил я.
— Как это?
— Возможно, Бог знал о нас. Может быть. Он оставил нас здесь намеренно, в качестве наказания за то, что мы не верили в Него.
Джоди фыркнула:
— Тогда как насчет атеистов? Как насчет других агностиков? Почему здесь остались только мы, восемь человек?
Я поднял руки в перчатках ладонями вверх.
— Я не знаю. Я не Бог.
— Если бы ты был Богом, ты бы лучше выполнял свою работу.
Я не был уверен, стоит ли воспринимать эти слова как комплимент, и решил не обращать на них внимания.
— Если ты думаешь, что население Земли забрал не Бог, то что, по-твоему, произошло?
— Не знаю. Может быть, прилетели инопланетяне и увезли людей в качестве рабов. Может быть, человечество было лабораторным экспериментом, и тот, кто проводил его, получил все нужные данные. Может быть, люди на вкус похожи на цыплят. Существует множество более правдоподобных объяснений, чем пришествие Бога.
— А как насчет фотографий Иисуса? — спросил я.
Джоди потерла покрасневший нос.
— Если бы ты собрался похитить население целой планеты, неужели ты не воспользовался бы местной религией, чтобы держать его в повиновении?
— Евреи, например, не верят в Иисуса, — заметил я. — Как и мусульмане. Или атеисты.
— И это говорит бывший агностик, который поверил в Бога потому, что прочитал о Нем в газетах. — Она произнесла эти слова мягко, но они все же уязвили меня.
— Послушай, — сказал я. — Гвен скоро начинает. Ты идешь или нет?
Джоди пожала плечами:
— Черт возьми, забавно будет взглянуть на церковную службу, проводимую агностиками.
Мы отправились по собственным следам обратно к дому — это был огромный бревенчатый отель, выстроенный в конце прошлого века, чтобы вмещать толпы туристов, приезжавших в один из последних незагрязненных уголков Земли.
По пути я взял Джоди за руку. Это было неосознанное, естественное движение; в тот момент мы не были вместе, хотя несколько раз прежде состояли в близких отношениях. Оказавшись на корабле в составе немногочисленной команды, имея долгие годы для экспериментов, мы перепробовали почти все возможные комбинации. Идя рядом с Джоди по свежевыпавшему снегу, я ощутил тепло и покой и порадовался, что мы не ссорились слишком сильно. Возможно, у нас еще есть будущее.
Должно быть, Джоди думала о том же. Когда мы спустились в рощу тополей, она сказала:
— Если предположить, что за этим действительно стоит Бог и это не какая-то шутка гигантских масштабов, тогда, может быть, это награда.
— Награда?
Она кивнула:
— Мне здесь нравится: красиво и тихо. В последний раз, когда я была тут, это место напоминало зоопарк. Куда ни глянь — везде туристы, вдоль шоссе до самого горизонта ряды передвижных домиков и джипов, вокруг летает мусор. Мне кажется, я наконец-то вижу это место таким, каким оно должно быть.
— Таким, каким и сотворил его Господь?
— Да, наверное.
Джоди усмехнулась своей агностически-теологической усмешкой и продолжила:
— Возможно, мы — пассажиры нового ковчега. В конце концов, ведь мы и отправились в полет, чтобы основать колонию. Мы обладаем лучшим набором генов, какой только смогло найти Космическое управление ООН, а в холодильной камере у нас хранятся оплодотворенные яйцеклетки. Вероятно, Господь решил, что наступило время избавиться от всякого хлама и дать человечеству шанс начать все сначала.