Представленное ниже произведение, впервые опубликованное в "Realms of Fantasy", было навеяно тревожным сном, приснившимся Уэллс тридцать лет назад. В нем некий молодой человек карабкается по водосточной трубе к своей подруге, а тем временем кто-то подкрадывается к его велосипедной мастерской и стреляет в окно. Бессмысленность и несправедливость произошедшего во сие угнетала Уэллс. Однажды, много лет спустя, она ехала на велосипеде по проселочным дорогам Аризоны и вообразила постапокалиптическое общество, в котором фигурируют велосипеды и молодые люди вроде того, что ей приснился. В результате появился рассказ "Ангелы Арти".
Если вы настроены на вымысел, то, по-моему, нелепо описывать чистую правду вроде этой. Но те остатки человечества, что сохранились на Земле, вряд ли станут это читать и уж точно не поверят в эту историю. Большинство из них вообще не умеют читать — по крайней мере, на литературном английском, — ну а дальше (наверное) все будет только ухудшаться, пока не начнет улучшаться.
При рождении мне дали имя Фей, но я не пользуюсь им с тех пор, как мне исполнилось десять. В том году мы перебрались на охраняемую радиационным щитом территорию, в запущенный дом в Канзасском хабитате. Мама плакала, потому что незадолго до того умер мой младший братишка, и она все причитала, что, если бы пораньше оказались в безопасной зоне, он мог бы остаться в живых. Но для того чтобы поселиться на охраняемой территории, надо иметь либо деньги, либо подходящую профессию, а мои родители не имели пи того ни другого. Потому мы и подставляли беззащитную кожу и глаза под прямое солнечное излучение, пока богатые в достаточном количестве не покинули Землю, предоставив нам места под радиационным щитом.
В первую же ночь мне в окно постучал Арти; он вскарабкался по водосточной трубе из своей квартиры, расположенной этажом ниже. Конечно, в нашем секторе давно уже не работала система искусственного дождевания, поскольку пришла в полную негодность, но водосточная труба еще сохранилась. Арти Д'Анжело о, костлявый парень примерно моих лет, выглядел несколько придурковатым, но отличался обезьяньей ловкостью. Увидев его на водосточной трубе, я не столько испугалась, сколько восхитилась.
— Привет! — сказал он, ухмыляясь через стекло.
У него были черные курчавые волосы, карие глаза и большие уши.
Я влезла на кровать прямо под окном и уставилась на него.
— Ты откроешь окно? — спросил он. — Или мне всю ночь так и висеть на трубе?
Я покосилась через плечо, проверяя, закрыта ли дверь, потом подняла оконную раму, и Арти ввалился в комнату.
— Меня зовут Арти, — представился он. — Я живу этажом ниже.
— Фей, — назвалась я в ответ. — А через двери ты заходить умеешь?
— Я стучал, — сказал он, — но никто не ответил.
Я поняла, в чем дело.
— Папа опасается открывать двери, — объяснила я Арти.
Он пожал плечами:
— Да, здесь лучше не высовываться. Я видел, как вы въехали, и решил, что бы не местные, значит, нужен кто-нибудь, кто показал бы вам окрестности.
В последующие месяцы Арти показывал мне окрестности. Он родился в Кан-хабе и знал его вдоль и поперек — и даже вглубь. Без его опеки я бы, наверное, погибла в первый же год. К тому времени, когда такие отбросы общества, как мои родители, получили доступ под радиационные щиты, в большинстве секторов уже царило полное беззаконие, и десятилетнего ребенка запросто могли прикончить, если он не знал, куда бежать и где прятаться. Арти научил меня всему и даже больше. В нашем далеком детстве он был моим спасителем; теперь пришла нора возвратить долг.
Мы прятались от гражданского патруля в Б-4. когда он впервые назвал меня именем, которое я восприняла как свое настоящее. Это было давно, когда сестры-просветительницы еще пытались содержать в Б-4 школы, а это было ближайшее место к Б-9, где жили мы с Арти. Школа меня мало привлекала, но мама хотела, чтобы я училась, а Арти считал, что пробираться в Б-4 ничуть не опаснее, чем жить в Б-9. По большей части так оно и было, но только если не попадаться гражданскому патрулю.
В тот день мы знали, что надо ждать неприятностей, потому что во время переклички парта Мелиссы пустовала, и на перемене прошел слух, что ее останки нашли в мусорном баке. Так что вечером того дня гражданский патруль вышел на поиски кого-нибудь, кого можно было бы наказать. Как-всегда, их излюбленной мишенью были жители Б-9. Мы с Арти пробирались, прячась то в тени, то за колоннами, то поверху, то под землей, стараясь держаться от патруля подальше. Из-под брошенной ремонтной тачки мы наблюдали, как патрульные заловили троих подростков, гонявших по улице обручи.