— Аптечка есть? — мальчик кивнул головой. — Покажи.
Джим Кёртис внимательно осмотрел медикаменты. Все упаковки были практически целыми.
— А какой фильм вы смотрели?
Мальчик потянулся к прикроватной тумбе.
— Вот, — произнёс он, передавая диск Кёртису.
— Последняя фантазия. Духи внутри нас. Фантастический боевик. Теперь понятно, почему он не явился на сеанс, — Джим Кёртис задумался. — Где у вас телефон? Скорую вызывать надо.
Питер Джексон сидел в старом рваном кресле и наблюдал за происходящим по телевизору. Его сердце разрывалось на части от нестерпимой боли.
— Мой мальчик, — произнёс Джексон, дотронувшись пальцами до экрана. Слеза потекла по щеке. — Это нужно остановить, — сказал он громко, потирая шею. — Я не могу и не хочу умирать. Если мечта — это единственная возможность остаться живым и быть с сыном, то я приму её. Я люблю сына и сделаю это ради него. — Питер Джексон поднялся на ноги. — Ваша взяла, показывайте дверь.
Питер Джексон встал посреди комнаты, он вертелся вокруг себя, смотря на оставшиеся девять дверей. «Я принимаю мечту», — произнёс Джексон и закрыл глаза.
Загорелся яркий свет. Питер почувствовал, как что-то проникло в его тело, сливаясь с ним в единое целое. Тепло распространялось по его венам, проникая в каждую клеточку его организма.
Через несколько мгновений Питер Джексон очнулся в своей постели. Он жадно глотал воздух. Открыв глаза, Питер увидел нечёткий мужской силуэт.
«Открой балкон», — сказал Кёртис мальчику. «Дыши, дыши. Ты должен жить», — приговаривал психоаналитик, убирая со лба мокрые пряди чёрных волос.
Немного откашлявшись, Питер Джексон сел. Его лицо было красным, вены на лбу и шее сильно выступали. Он обнял сына и тихо произнёс ему на ухо: «Я тебя люблю и никогда тебя не оставлю. Никогда. Такое больше не повторится. Это я тебе обещаю». Отец посмотрел в глаза сыну. Мальчик, не проронив ни слова, прижался к Питеру.
— Принеси стакан воды, — сказал Кёртис мальчику через минуту.
— Хорошо, — ответил мальчик. Он встал и удалился из комнаты.
— Как ты себя чувствуешь?
— Не знаю, сейчас сложно сказать, — проговорил Питер тихим голосом.
— Ты можешь говорить?
— Давай обсудим всё в пятницу на сеансе. Единственное, что я сейчас хочу, так это побыть с сыном.
— Хорошо, как скажешь, — друг встал и направился к выходу.
— Джим, большое тебе спасибо за помощь. Ты — настоящий друг.
Ночью Питеру ничего не снилось. Он был несказанно рад этому обстоятельству. Приняв бодрящий душ, Джексон вышел из ванной. Питер проходил мимо большого зеркала, встроенного в шкаф. Краем глаза он заметил своё отражение, Питер резко остановился. «Не может быть», — произнёс он, рассматривая себя. Он стоял перед зеркалом какое-то время как вкопанный. Джексон не сразу признал себя. На мгновение ему показалось, что он увидел своё воплощение в деловом костюме. «Это я?» — спросил он удивлённо. Из зеркала на него смотрел молодой подтянутый мужчина. «Я так выглядел лет десять назад», — подумал Джексон, поражаясь произошедшим изменениям.
Закончив исследование собственного тела, Питер Джексон оделся. Он расчесал копну густых волос, поправил рубашку и пошёл к выходу. Питер был полностью доволен своим внешним видом.
Впервые за долгое время Джексон чувствовал себя превосходно, хорошее настроение придавало ему сил и уверенности в себе.
— Чудесно выглядишь, глаза сияют. Что ты сделал? — спросил Джим Кёртис. — Ты десять лет скинул.
— В том-то и дело, что ничего. Сам удивился. У меня такое ощущение, как будто у меня новое тело. Синяк рассосался, все шрамы исчезли.
— Ладно, всё это очень хорошо. Теперь перейдём к делу, — переключился на другую тему психотерапевт. — Что вчера с тобой такое было? Рассказывай.
— Я снова попал в лабиринт, выход искал.
— Судя по тому, что ты сидишь здесь, ты его нашёл.
— Да, нашёл. Мечта — это и был выход.
— Ты принял свою мечту?
— Да.
— Расскажешь?
— Я даже не знаю, — замялся Питер Джексон.
— Ты можешь доверять мне.
— Я пока не готов делать такие признания. В другое время и при других обстоятельствах. Тем более что ты о ней знаешь. Мы с тобой разговаривали на эту тему.
— Хорошо, пусть будет так. Когда будешь готов, тогда и расскажешь, — согласился Кёртис.
— А предсказания были?
— Новых предсказаний не было.
— А агрессивная часть заявляла о себе?
— Я периодически чувствую его. Но так чтобы лицом к лицу, такого не было.