В первые дни после закрытия "аномалии" метод перемещения бревен из леса к берегу Ангары по канатам казался экзотичным аттракционом… После катания "по грибы" воздушным путем, тросовые переправы стали привычнее. Подумаешь, малая канатная дорога. Но, пока шла от "штаба" к "полигону" (так указатель обозвал вытянутую по меридиану рытвину, северным концом упирающуюся в склон горы), успела изменить своё мнение. К проносящимся над самой головой здоровенным бревнам, метров по 25–30 длиной — привыкнуть невозможно. Когда очередной "подарочек из леса" с сухим шелестом катится по обвисшему от его тяжести тросу — хочется втянуть голову в плечи, а то и вовсе отпрыгнуть в сторону. Городские рефлексы. Если на тебя упала тень — это автобус или грузовик сзади подкатился… И кто догадался протягивать канаты над пешеходными дорожками?
На фоне "угрозы сверху", регулярное вздрагивание почвы от подземных взрывов более не впечатляет. А лесная канонада в отдалении воспринимается, как обычный звуковой фон. Поймала себя на мысли, что коли мне удастся вернуться домой после передряги, то своими новыми стальными нервами, закаленными в борьбе за выживание, я буду представлять угрозу для общества… Если сразу не задавит машина, при переходе улицы на красный сигнал светофора… То, скорее всего — арестует первый же встречный патруль… За манеру держаться… Озверела. Спорю с полковниками морской пехоты, рядовых морпехов запросто беру в плен, руковожу всякими авантюрными проектами. Днем и ночью шастаю по дикой тайге, без документов, но с заряженным пистолетом. Представила неожиданную встречу на этой тропинке с бывшим деканом и едва не расхохоталась… А когда-то он казался мне крутым мужчиной и грозным начальником… К избушке, затыкающей указанную канаву с юга, подошла настроенной почти благодушно. Действительно, чего я комплексую? Раз выдалась пара свободных часов, лучше провести их в тепле под крышей, "изучая матчасть". Попасть на "общие работы" всегда успею…
Только попав внутрь, внезапно осознала, что это первый деревянный (!) дом, который я здесь вижу. Уже не дощатый сарайчик сортира, а полноценная избушка с крышей, сенями, забранными полиэтиленовой пленкой окнами и печкой-водогрейкой внутри. Всё новое, оструганное, но почему-то серовато-желтое. А, вспомнила! Слышала спор о возможности строительства зданий из свежего леса. Знатоки утверждали, что зимой бревна высохнут от внутреннего тепла неравномерно, их поведет в разные стороны и здание развалится. А практики отвечали, что на постройку можно пустить "сухостой". Не высший сорт, но несколько сезонов выдержит. Вот, значит, как он выглядит, если снять с бревен на пилораме внешний потемневший от непогоды слой и обнажить сердцевину…
Подсознательно ожидала, что внутреннее помещение будет выкрашено защитной армейской краской (как в кино) или покрыто лаком (как в музеях деревянного зодчества). Нет, голое дерево. Такой же голый стол, для чистки оружия, плакаты и одинокая лампочка под потолком… Смутно знакомый солдатик в одном ботинке. На другой ноге — обмотка и самодельный брезентовый тапок. Ясненько… Бойца, пострадавшего на погрузочных работах, пристроили вести стрелковые курсы. А разумно… Главный рабочий орган человека — это не руки или ноги, а голова. Каждая голова сегодня на счету и уникальна. Вчера — я его учила, сегодня — он меня просветит насчет древнего АК-47.
Как бы не так… Сначала — я лишилась остатков маникюра. Мои и без того довольно короткие ногти заставили ликвидировать заподлицо. Криво и косо. Обыкновенными казенными ножницами! По-мужски наточенными до сабельной остроты. Хорошо хоть, нашлись ватка и спирт, для дезинфекции и обошлось без крови. Как объяснил солдат — "оружие на красоту женских рук не заточено". Травмы, при попытке наманикюренными пальцами вытащить магазин из подсумка или быстро отделить его от автомата — самое обычное дело. С мясом вырванный ноготь, в условиях природной антисанитарии — серьезная травма. Бр-р-р! Когда-то ухоженные пальчики — стали выглядеть до обидного простонародно, словно у торговки с рынка. И теперь это навсегда…
Время до обеда убила на редкость плодотворно. Научилась набивать патронами рожок, пять раз пальнула в толстую деревянную колоду с нарисованной на торце мишенью (типа местный пулеуловитель). Прогулялась вдоль пологих земляных откосов поглядеть на результат. Обнаружила, что пули пробили чурку вдоль навылет и оставили аккуратные дырочки в дощатом щите. Мощно бьет! Причем, отдача не сказать что сильная. У ружья — больше. Потом, получила набор принадлежностей и разложила на серой от многократного употребления тряпке свой "Макаров". Выскребла из его потрохов соринки и жирную черную грязь. Заново протерла детали чистой тряпочкой. Собрала и предъявила к осмотру. Получила выговор… Снова повторила процедуру… И так — три раза подряд…