Телефонный звонок выдернул меня из зыбкого полусна буквально через полчаса. Черт! Вот же не везет.
— Майор Поповских, — почему говорят женским голосом? Что-то смутно знакомое… А, ритуал законного брака Соколова с его пассией ещё не связал. У обоих, "на той стороне", остались семьи… Кажется, есть дети… Люди никак не могут поверить, что мы здесь застряли надолго. Скорее всего — навсегда. И будущее не вернуть. Продолжают жить "в двух измерениях" одновременно. Физически — в XVII веке, по привычке — как в XXI-м.
— Ибрагимова слушает, — мне, по документам прикрытия, присвоено воинское звание. Но забыла, какое. Не то лейтенант, не то старший лейтенант. Никогда не носила формы. И представляться по-военному не умею.
— Слава сказал, — значит, голубки уже помирились, — что его собираются отравить, — пауза, — Жду вас сегодня, у себя, в 11–00… - ох!
Как ни странно — остаток ночи спалось отлично. Утро прошло в привычной суете. Прием "образцов" для анализа (даже зимой флора и фауна до сих пор преподносят сюрпризы, а приказ "всё необычное тащить науке" продолжает действовать), наряд в столовой (постоянно прикидывала — как бы, на моем месте, действовал враг, желающий подкинуть яд в общий котел или индивидуальную миску?), разная текучка… К избушке "санчасти" шла на слегка ватных ногах. Не терплю бабские разборки и вообще, плохо вписываюсь в дамские коллективы.
Судя по электронным часам над входом (прямо таки, очаг цивилизации) — опоздала на 20 минут. Фигня, ничего страшного… Я им не подчиненная (ещё не зная, кто за дверью, ершу в себе остатки боевого настроя). А если сильно надуть щеки, то практически — ровня… Маленькое, но отдельное ведомство, ха…"…начальство не опаздывает, а задерживается…" Могла бы вообще не прийти. Женский говор за дверью несколько насторожил.
— Добрый день! — так. Мужиков — ни одного. Баб — целых три. Дарья Витальевна в штатском белом халате и Ленка-корреспондентка, с этой… Как её? Голдан! В свитере не по размеру дикарка выглядит тоненькой щепкой. Ни кожи, ни рожи. На вид — сущее дите… Зачем она здесь?
— Это — эксперт… — уговорили, верю. Судя по подбору народа, сцена ревности мне не грозит. Уже радует.
— Садитесь… Галя… — не простила. Но официальность в голосе отсутствует. Зато, под глазами — круги…
— Что надо? — специально обращаюсь к Ленке, пусть майорша чуток остынет. Тоже мне, "подпорка столпа власти с сиськами"…
— Пообщаться, — Ленка вдруг, по-мальчишески, прыскает в кулак, — Тут из-за тебя такая каша заварилась!
Видеть саму себя, угрюмо крутящую по сторонам головой в столовой, на экране маленького монитора системы слежения, гм… неожиданно. Утренняя запись… Если не знать, о чем я там думала — вылитая шпионка.
— Камеры видео наблюдения, на кухне и в общем зале, работают круглосуточно, — комментирует Ленка. "Картинка" пишется, независимо от наличия оператора.
— Давно? — получается, что идея тотального контроля, за местом приготовления пищи, витала в воздухе.
— Скоро месяц… Сразу, как поставили капитальный сруб. Ещё при проектировании заложили.
— Понятно… — можно перевести дух. Тайком ничего подбросить не рискнут. В прямом эфире — и подавно.
— Время от времени приходят люди… поделиться своими опасениями, — "главврачица" хочет сохранить серьезный вид, хотя в глазах скачут чертики, — Тогда мы им показываем это кино, и они сразу успокаиваются…
— А почему вчера… ну, в смысле — сегодня… — можно предположить, что и "телефонная прослушка" тоже работает круглосуточно — ан нет. Ты примчалась выяснять интимные подробности ночных посиделок лично…
— Другая "контора", — ответ неожиданно откровенный, — Связисты к пищевой безопасности не относятся.
— И тут ведомственность? — теперь я знаю, где пролегают незримые границы реального влияния "женщины вождя".
— Она родимая… Ещё — есть система емкостных датчиков и выносных микрофонов охраны "Периметра".
— И минное поле… — помню, Кротов как-то объяснял и показывал страшноватые самодельные заряды…
— То есть, опасности извне — нет? — А опасность изнутри — купирована, в пределах "допустимого риска"?
— Нет, всё оказалось, гораздо хуже, — вот не могу привыкнуть, даже про себя, назвать Дарью Витальевну без отчества. Пускай между нами буквально несколько лет разницы. Очень уж она основательная… — Елена!
— ???
— Я провела небольшое социологическое исследование… — Ленка посерьезнела, — Ты совершенно права. Непривычная еда вызывает у большинства людей ужас и ненависть… Причем, чужой авторитет нас не спасет.