— Железных обрезков, для начала, насыпать. Постепенно обкатаются… И — в пустую бочку. На роликах…
— Твоей бочке сразу настанет пи… — оратор виновато озирается, — Это… её же, в момент до дыр протрет…
— Хер там протрет! Нержавейка — она, сука, крепкая… — этот уже и меня не стесняется, — Зае… протирать.
— Фигня вопрос! Обрезки следует предварительно отжечь. Для мягкости… Тогда — наверняка не протрут.
— А грибы? — про меня почти забыли, Ахинеев незаметно делает мне знак — смывайся. Процесс пошел…
— Если пристанут к железякам, бл… — так ху… потом отдерешь! — действительно, мне пора. Разберутся…
— Как налипнут, так и отскочат, — слышится в отдалении, — Сказано же — сушка и размол одновременно…
— А на выходе — рукавный фильтр. Из чего? Из новой палатки… Там такая площадь поверхности — я еб… — м-м-да… похоже, что русский матерный является "языком межнационального общения" не только на войне.
Обратный путь в "спальный район", по нормальной тропинке, в обход зарослей, занял неожиданно много времени. Второй день сокращенной диеты, а уже пошатывает? И опять есть захотелось… А может, причина в недосыпе? Вот сейчас заберусь в "модуль" (за день он на солнышке должен хоть немного прогреться), залезу под одеяло — и провалитесь вы все, хоть под землю. Голова идет кругом… В ушах звенит… Нет, в ушах гудит… Нет, это в кармане гудит… Рация?! Опять?! Как они все меня сегодня достали!
— Да, Вячеслав Андреевич… Хорошо, Вячеслав Андреевич… Иду, Вячеслав Андреевич… — это Соколов.
У господина (или товарища?) начальника экспедиции — осунулось лицо. У начальника обороны — глаза красные, как у кролика из зооуголка… Штабной "модуль" огромный. Рассчитан на проведение совещаний и прием делегаций. Я тут в первый раз. Кожаные офисные кресла на колесиках и люминесцентные настольные лампы, в сочетании с легкими складными столами защитного цвета и дикой природой в метре от выхода — это оригинально. Граждане начальники изволят пить чай. Точнее, какой-то отвар с пряным запахом… Не чай…
— Галина Олеговна? Присаживайтесь! — кресло абсолютно новое. Местами к нему ещё прилипли клочки упаковочной пленки. После лесных пеньков и жестких скамеек — просто праздник… для спины и задницы.
— Извините за беспокойство… Вынуждены прервать ваш сон, — так, он думает, что поднял меня с постели.
— Что? — какие все вежливые, аж противно.
— Нам (к чему игра в демократию, известно, кто здесь главный) сообщили, что у вас есть толковая идея…
— Ну… — Смирнов кашляет в кулак.
— Если можно, изложите нам её по возможности кратко. А то товарищ Ахинеев — человек увлекающийся.
— О чем конкретно? — странно, старательно делают вид, что в наших отношениях ничего не поменялось…
— О вашем способе переработки пищи, — сразу взял быка за рога, — О способе сделать запас на зиму, — ого! Про такую возможность я только намекнула, — О возможных при этом опасностях, — глубоко берут!
— Сколько вам надо людей? — это уже Смирнов голос подал. А я откуда знаю? И зачем мне вообще люди?
— Кх-х-х… — стакан курящегося паром отвара в мельхиоровом подстаканнике (точно разграбили запасы для VIP посетителей) оказывается передо мною моментально. Отхлебываю… Похоже, пью что-то психотропное… Ай да начальники! Ладно, приобщимся.
— Мы внимательно слушаем… — и действительно. Будем надеяться, эти хоть материться не будут. Хотя…
— Ахинеев сказал, что в радиусе нескольких километров от лагеря охотой истребили всю крупную дичь.
— Так! — подтверждающее кивает Смирнов, — Посты докладывают, что появление кабанов и копытных уже редкость. А для организации крупной загонной охоты нет ни сил, ни средств… — помолчал, — наша недоработка.
— Следовательно, вокруг пропала предпоследняя ступень "пищевой пирамиды" лесного биоценоза, — открыв рты, ждут от ученой дамочки обнадеживающих рекомендаций, — Ну, если считать нас "вершиной".
— Это хорошо или плохо? — блин, из-за кресла забыла, что я не на симпозиуме. Надо выражаться проще.
— Это значит, что та пища, которую раньше поедали кабаны, зайцы и олени, никуда не делась и оказалась в нашем полном распоряжении. Однако, траву мы пока непосредственно есть не можем. Зато грибы — вполне.
— Грибы не еда, а её имитация, — довольно грубо отзывается на мой посыл Соколов, — Ставили опыты. При чисто грибной диете люди теряют вес со скоростью около килограмма в день, хотя и питаются "от пуза". Это замаскированный голод!