— Ты быстрее попадешь под нож, чем в полицейский участок. Сядьте в угол и сидите! Тело можете накрыть чем-нибудь, если оно вас пугает. — Эвелин пошла к выходу. — Да, и уберите его уши с кровью, — она посмотрела на Марка с Джесс своим обычным взглядом и покинула землянку.
Марк сидел за столом и ел вяленое мясо. Пребывая в стрессовой ситуации, он был не в состоянии проглотить хоть кусок, но сейчас организм требовал пищи. Марк порылся в соседнем помещении, приспособленном для кладовой, и нашел немного вяленой козлятины. В очередной раз он строил догадки, где Габриэль брал коровье молоко и козлятину. Все сводилось к тому, что Дель Айт покупал продукты в Сентлере, но все равно, что-то не сходилось. Марк решил, что не стоит забивать голову ненужными мыслями, а нужно просто сидеть за столом и насыщать чрево. Он не помнил, когда у него был такой романтический ужин с трупом на пару. Мертвый Готфрид, накрытый одеялом, сидел на стуле прямо напротив Марка. В землянку зашла Джесс.
— Ну и куда она ушла? — недовольно спросила она.
— Не знаю! Тебе не кажется, что пора линять из этого места? — Марк не мог прожевать хрящ.
— На улице ночь, куда мы пойдем?
— Вот именно! Ночь! Самое время для побега. Берем еды на пару дней и делаем ноги.
— Марк, ты же сам говорил, что мы не знаем направления.
— Хочешь есть? — предложил Марк.
— Нет, спасибо! — отказалась Джесс, хотя её желудок протестовал, глядя на мясо. — И что мы делаем?
— Набираем еды, ружье можно прихватить! Затем идем к дому Габриэля, а там примерно сориентируемся!
— Габриэль говорил, что второй камень находится на юго-западе, а мы бежали в противоположную сторону.
— Будем двигаться строго на запад и выйдем на трассу! — подвел итог Марк.
— На словах это звучит просто, — труп на стуле жутко нервировал Джесс, прибавляя решимости поскорее убраться отсюда. — Мы идем ночью, причем без компаса. Также мы не разбираемся в картографии. Марк, мы заблудимся! — её голос звучал обреченно.
— Может, попросим Эвелин помочь нам?
— Эвелин? Она скажет, чтобы мы сидели здесь, пока не поймает в капкан Рафаэля, Джеймса и всю их команду.
— В любом случае нужно что-то решить! Джесс, так мы можем препираться до конца года. Берем еду, оружие и выходим!
— А Эвелин?
— Безумство — защита от опасности, — сказал Марк. — Или как она там говорила? У нее неплохо получается пытать людей и отрезать им уши. Поверь мне, уж кто-то, а Эвелин не пропадет!
Джесс целую минуту смотрела на Марка, а потом произнесла:
— Пошли отсюда, — она направилась в кладовку.
Марк встал из-за стола и стал искать мешок под еду. После недолгих поисков он нашел большую кожаную сумку под столом. Он тут же отправился в кладовку нагребать все необходимое. Второе помещение землянки находилось немного глубже первого и было битком набито мясом. Здесь висели куски вяленой лосятины и козлятины. Справедливо было предположить, что для сохранности Габриэль их засолил и завялил. В углу Джесс нашла большой мех с водой. Она открутила крышку и понюхала, чтобы проверить, не испортилась ли вода. Марк набил сумку до отказа и вышел из кладовки.
— Положи в сумку, — Джесс протянула ему потрепанную тетрадку, обтянутую кожей.
— Что это?
Он взял тетрадку в руки, перевернул и прочел:
Дневник Мохандаса Шаатри.
Марк быстро пролистал дневник и спросил:
— Джесс, зачем он тебе?
— На досуге почитаю, — она вышла из кладовки и осмотрела землянку. — Возьми ружье! Пригодится!
Марк осмотрел патроны в ружье а затем взял его, размышляя над тем, откуда же у них появится досуг, если они бегут, как крысы с корабля.
— Записку оставим? — предложила Джесс.
— Чем напишешь? Кровью Готфрида? Пойдем, у нас мало времени.
Джесс первой выбралась из землянки. Марк взял со стола нож и отправился следом за ней.
Ночь окончательно поглотила лес. Темнота была кромешная. Ни звезд, ни луны — ничего! Марк не думал, что ночью в лесу бывает настолько страшно. Если бы не Джесс, он бы залез на дерево и просидел там до рассвета. Каждый хруст он принимал за приближение медведя, дуновение ветра — за человека, а хруст с дуновением одновременно — за что-то ужасное и необъяснимое. Где-то вдалеке послышался одинокий вой волка. Не хватало только огромной луны, затянутой облаками. Луна, вой, тишина леса, облака на темном небе — как сценарий фильма ужасов Носферату. Пару дней назад в лесу не было слышно не единого звука, зато сейчас жизнь просто кипела. Повсюду шорохи, писк, падает листва и сухие ветки. По внешнему виду Джесс было видно, что она уже десять раз передумала, что отправилась ночью в лес, и Марк полностью поддерживал её в этом. Надо признать эта вылазка была с одной стороны неразумной, с другой — непредсказуемой. Рафаэль считает его трусом и думает, что он сидит в землянке, поджав хвост. А они с Джесс взяли и дернули в лесную глушь. Ночью!
— Марк, может, остановимся? Мне страшно! Мне жутко страшно и холодно! Я днем боюсь тут находиться, не говоря уже о ночи.
Он остановился и посмотрел на неё. Они стояли в метре друг от друга, но очертаний Джесс было практически не видно: так было темно! Марк подошел к ней и потрепал за щеку.
— Думаешь, днем что-то изменится?
— Не знаю. Мне кажется, мы заблудились!
— Что предлагаешь? Забраться на дерево и лечь спать? Так не пойдет! Давай еще час будем двигаться в западном направлении, а потом передохнем, идет?
— В западном направлении? Ты смеешься что ли? — Джесс фыркнула. — Мы давно уже отклонились от курса. Я знала, что идея была безумной, но… Предлагаю остаться здесь и продолжить движение днем, — она кинула мех с водой на землю. — Мне надо отойти.
— Давай пройдем еще милю, всего милю и тогда передохнем. Хорошо?
— Ладно, Марк! Пошли, — она подобрала мех с водой и закинула на плечо.
Он улыбнулся ей, но в такой темноте Джесс вряд ли разглядела его улыбку. Марк снова двинулся вперед, раздвигая ветви деревьев. Так как он шел значительно быстрее, он через каждые пятьдесят шагов останавливался и прислушивался. Шорохи по-прежнему напрягали его слух, не позволяя сосредоточиться. Марк решил, что стоит немного подкрепиться. Он засунул руку в кожаную сумку и отрезал небольшой кусок мяса.
— Эй, Джесс! Поешь немного. Ты же с самого обеда ничего не ела. Только воду пила.
Она подошла к нему и взяла кусок мяса.
— Давай мы сейчас передохнем, а спустя милю сделаем еще остановку? — предложила Джесс.
— Только недолго! — сказал Марк, оглядываясь по сторонам.
Джесс уселась на большой корень дерева и стала жевать мясо. Она только сейчас поняла, насколько была голодна. Джесс быстро уничтожила волокнистое мясо и запила его водой. Марк бродил где-то рядом, но она волновалась, что «разведка» может его увлечь и они потеряются.
— Марк! Сядь, отдохни. Побереги ноги!
Он обошел с другой стороны дерева и сел напротив нее. Он почесал щеку, на которой остался желтоватый, невидимый в темноте, след от синяка и сказал:
— Помнишь, в машине ты от меня отвернулась?
— В смысле? — Джесс сдвинула брови.
— Я тебя спросил про твою личную жизнь, а ты отвернулась к окну и ничего не сказала.
— И что? Хочешь, чтобы я рассказала сейчас тебе об очередной моей потере?
— Потере? Несомненно, ты испытала много жизненных тягот, и я не буду настаивать, если ты откажешь мне и в этот раз.
— Все нормально, Марк, — голос Джесс был на удивление тихим. — Просто тогда я была не в настроении говорить на эту тему, — она прокашлялась. — С восьми лет я была знакома с соседским мальчишкой. Его звали Джим. До шестнадцати лет мы были с ним не разлей вода. Мы стали взрослее. У нас появились амбиции, новые цели, желания. Вскоре между нами завязался роман, который перерос в настоящую любовь, — Джесс замолкла. Она закрыла глаза и потерла пальцами переносицу. В таком виде она сидела, примерно, минуту. — В тот день, 23 июня 1977 года мы с ним пошли прогуляться на озеро. Был чудный день, который не предвещал ничего ужасного. Когда мы возвращались домой, на нас напал грабитель. Помню, как жутко от него пахло алкоголем и мочой. Он приставил пистолет к моему виску и сказал, чтобы Джим отдал ему все деньги. Естественно, он достал кошелек и отдал все, что было — шесть фунтов стерлингов. Нападавший взял деньги и улыбнулся беззубым ртом. Не знаю, зачем он выстрелил в Джима, но я на всю жизнь запомню слова этого грязного ублюдка в переулке: «Упс, пальчик дрогнул». Джим умер у меня на руках через полчаса, — Джесс всхлипнула. — Даже доктора не подоспели…