– Будь я проклят, если знаю, – поддакнул Бертон.
– Так, все согласны, что нечистая сила здесь не причем. Мы истратим половину запасов! – и Аарон вызвал свою команду поддержки, – Электронщики, это ЭЛЕКТРИКА.
– Слушаю, ЭЛЕКТРИКА, – послышался ответ.
– Мы тратим лишние 2 ампера,
– Я вижу это, ЭЛЕКТРИКА.
– Просмотрите процедуру и найдите, что не выключено.
– Принято.
Аарон выключил связь и наклонился вправо к терминалу систем ориентации и навигации:
– У вас ничего не включено лишнего?
– Нет, насколько я вижу, Аарон.
– Ну, поищите. У нас перерасход 2 ампера.
Пока Аарон разговаривал с ОРИЕНТАЦИЕЙ, Либергот, Думис и Бертон разбежались по первым трем рядам, чтобы посмотреть, не оставили ли включенным лишнее оборудование остальные операторы. Раньше всех на внутреннюю связь вышла команда поддержки Аарона.
– ЭЛЕКТРИКА, – сказал оператор.
– Слушаю.
– Мы нашли. Это «Би-МАГи», дублирующие гироскопы. Скажи ОРИЕНТАЦИИ, чтобы экипаж их выключил.
Аарон мгновенно наклонился налево к ОРИЕНТАЦИИ:
– Проверьте «Би-МАГи». Они включены?
Офицер по системам ориентации и навигации посмотрел на экран и тяжело опустился.
– О, ужас, – простонал он.
– ПОЛЕТ-КОНТРОЛЬ, это ЭЛЕКТРИКА, – быстро вызвал Аарон, – Скажите КЭПКОМу, чтобы приказал экипажу выключить дублирующие гироскопы.
Джо Кервин передал на «Одиссей» сообщение Аарона. Суиджерт повернул соответствующий переключатель, и показатель потребляемой мощности на экране ЭЛЕКТРИКИ вернулся к 43 амперам. Но, как и сказал Аарон, пропали несколько драгоценных ампер «Одиссея».
Когда, наконец, процедура включения питания, хотя и не без проблем, была завершена, лунный модуль «Водолей» стал лишним. В 140 часов 52 минуты полетного времени – меньше чем за два часа до посадки – «Аполлон-13» находился на расстоянии 16 тысяч миль от верхней границы облаков и приближался со скоростью более 10 тысяч миль в час. Земля больше не была далеким диском, окруженным космосом и звездами, а стала безбрежной голубой массой, надвигающейся спереди, простираясь во все стороны треугольных окон ЛЭМа.
Вглядываясь в эту панораму через свой иллюминатор, Лоувелл сказал:
– Фреддо, настало время покинуть этот корабль.
Из-за спины Фред не проронил ни слова.
– Фреддо?
Повернув лицо к своему товарищу, Лоувелл остолбенел. Упершись в переборку, Хэйз выглядел еще более бледным и серым, чем за весь полет. Закрыв глаза и плотно обхватив грудь руками, он сильно дрожал от холода.
– Фред! – более тревожно, чем хотел, позвал его Лоувелл.
– Оставь, – неубедительно отмахнулся он, – Оставь. Мне хорошо.
– Да, – сказал Лоувелл, подплывая к нему, – Ты выглядишь просто ужасно. Продержишься еще пару часов?
– Я продержусь столько, сколько нужно.
– Два часа – это все, что от тебя требуется. Потом мы опустимся в южную часть Тихого океана, откроем люк, а снаружи будет тридцать градусов.
– Тридцать градусов, – мечтательно повторил Хэйз и снова начал дрожать.
– Парень, – пробормотал Лоувелл, – ты в беде.
Обойдя Хэйза сзади, командир его крепко обнял, чтобы поделиться своим теплом. Сначала ничего не произошло, но постепенно дрожь утихла.
– Фред, почему бы тебе не подняться наверх и не помочь Джеку, – предложил Лоувелл, – А я здесь закончу.
Хэйз кивнул и приготовился к прыжку в туннель. Но перед этим он остановился и окинул кабину «Водолея» долгим взглядом. Он импульсивно вернулся на свое место. На стене была натянута большая сетка, предназначенная для удержания разных предметов от попадания за приборную панель. Он схватил сетку и резко потянул. Она оторвалась с характерным звуком.
– Сувенир, – пожав плечами, сказал он, скомкал ее, положил в карман и удалился через туннель.
Оставшись один в лунном модуле, Лоувелл медленно огляделся. За четыре дня их тесного проживания в загроможденной кабине скопился мусор, и теперь «Водолей» выглядел, скорее, не отважным лунным кораблем, каким он был в понедельник, а галактической мусорной шаландой. Лоувелл пробрался к своему окну через обрывки бумажек и прочий мусор. Прежде чем покинуть корабль, он должен был выполнить еще одну работу: установить ориентацию обоих модулей в соответствии с данными Джерри Бостика, чтобы ЛЭМ упал в глубокое место океана недалеко от Новой Зеландии.
Лоувелл в последний раз взял в руки пульт управления ориентацией и повернул ручку в сторону. Корабль медленно повернулся, толкнув плававшие в воздухе бумажки. Без инертной массы сервисного модуля, смещавшей центр тяжести, корабль стал значительно более маневренным, почти как те тренажеры в Хьюстоне и Флориде, на которых Лоувелл готовился к полету. Выполнив несколько тренировочных движений, он установил лунный модуль в нужное положение и вызвал Землю: