– Все кончено, – сказал Лоувелл, который должен был быть пятым.
– Сожалею, – сказал Суиджерт, который должен был оставаться на борту корабля, пока его коллеги ходили бы по Луне, – Мы сделали все, что могли.
Либергот, Блисс, Шикс и Браун наблюдали по терминалам ЭЛЕКТРИКИ и его команды поддержки, как закрывался клапан топливного элемента номер 3. Показатели давления кислородного бака номер один подтвердили самые худшие опасения: утечка кислорода продолжалась. Либергот попросил Кранца отдать приказ на закрытие следующего клапана – в топливном элементе номер один. Кранц выполнил просьбу, но утечка кислорода продолжилась.
Либергот отвел взгляд от экрана: причина, как он теперь знал, была здесь. Если бы взрыв или удар метеорита или что-то еще, причинившее повреждение кораблю, произошло семью часами ранее или часом позже, то другой ЭЛЕКТРИКА наблюдал бы эту агонию. Но инцидент случился на отметке 55 часов 54 минут 53 секунды полетного времени, в последний час дежурства, так что это случайное стечение обстоятельств касалось теперь Сеймура Либергота. И теперь Либергот без всякой вины со своей стороны должен стать первым полетным оператором в истории пилотируемых космических программ, который потеряет вверенный ему корабль – беда, которой не желает ни один оператор с таким стажем работы. ЭЛЕКТРИКА повернулся направо, где сидел Боб Хеселмейер, офицер по системам жизнеобеспечения ЛЭМа. Когда Либергот посмотрел на экран Хеселмейера, ему не надо было напоминать о той ужасной имитации полета, которая чуть не стоила ему работы несколько недель назад.
– Помнишь, – сказал Либергот, – как мы тогда отрабатывали спасательные процедуры?
Хеселмейер бросил на него озадаченный взгляд.
– Процедуры, где ЛЭМ выступал в роли спасательной шлюпки, которые мы отрабатывали во время той имитации? – повторил Либергот.
Хеселмейер все еще озадаченно смотрел на него.
– Я думаю, – сказал Либергот, – настало время их вспомнить.
ЭЛЕКТРИКА взял себя в руки, включил переговорное устройство и вызвал руководителя полетов:
– ПОЛЕТ-КОНТРОЛЬ, это ЭЛЕКТРИКА.
– Слушаю, ЭЛЕКТРИКА.
– Давление кислорода в баке номер один опустилось до отметки 20 атм, – сказал Либергот, – Мы думаем, что лучше перейти в ЛЭМ (ПРИМ.ПЕРЕВ. – в магнитофонной записи переговоров дальше идут его слова: «…или воспользоваться системами ЛЭМа. Я хочу отключить питание… Я не знаю, смогу ли я сохранить достаточно кислорода для работы топливных элементов»).
– Принято, ЭЛЕКТРИКА, – сказал Кранц, – ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЕ и УПРАВЛЕНИЕ, это ПОЛЕТ-КОНТРОЛЬ, – вызвал он офицеров по системам жизнеобеспечения и навигации ЛЭМа.
– Слушаю, ПОЛЕТ-КОНТРОЛЬ.
– Дайте мне парней, которые знают, насколько можно снизить энергопотребление ЛЭМа, чтобы поддерживать жизнеобеспечение.
– Принято.
– Мне нужен ЛЭМ, пилотируемый круглосуточно.
– Вас понял (ПРИМ.ПЕРЕВ. – полетные операторы ЛЭМа находились на дежурстве, чтобы обеспечить запланированный переход экипажа в лунный модуль. Если бы инцидент произошел в другое время, то на сбор команды специалистов ЛЭМа в Центре управления потребовалось бы не менее 30 минут).
Во время этих переговоров Джек Суиджерт, сидя в своем центральном кресле «Одиссея», посмотрел на приборную панель, осознавая, что как только давление в кислородном баке упадет до нуля, они окажутся в очевидной опасности. Вглядываясь сквозь сгущающийся сумрак теряющего питание корабля, в котором температура опустилась до 14 градусов, Суиджерт увидел, что давление в баке номер один упало до 14 атм.
– Хьюстон, – вызвал он Землю, – я вижу, что давление кислорода в баке номер один на волосок выше 14. Вы не видите, оно все еще падает?
– Оно медленно движется к нулю, – ответил Лусма, – Мы обдумываем план «ЛЭМ – спасательная шлюпка».
Суиджерт, Лоувелл и Хэйз обменялись кивками.
– Да, – сказал пилот командного модуля, – и мы думаем об этом же.
После получения согласия Земли покинуть корабль, экипажу потребовалось некоторое время, чтобы приступить к переходу в ЛЭМ. Учитывая, что три человека надеялись вернуться домой, они не могли бросить главный корабль, как бросают на автостраде автомобиль, в котором закончился бензин. Более того, поскольку «Одиссей» понадобится в конце полета для входа в атмосферу Земли, его переключатели и системы должны отключаться в строгой последовательности, чтобы сохранить их работоспособность и калибровку. В идеальных условиях эту работу должны выполнять все три члена экипажа, но в сложившейся ситуации Суиджерту пришлось заниматься другими делами. Так как «Одиссей» следовало отключить, а «Водолей», наоборот, включить, то работа двоих должна быть закончена прежде, чем угаснут системы командного модуля.