Когда мы подошли к месту регистрации, я ахнула. Все утопало в цветах: розы,лилии и мовершенно неизвестные мне сорта растений, небольшие розовые ленты развивались на ветру придавая лёгкости, настраивали на особое романтичное настроение. Огромная арка создавала иллюзию рамки для вида на залив и горы неподалёку. Я и не представляла, что здесь может быть настолько красиво, поистине великолепное убранство.
Георгий, которого редко я уже видела, тоже был приглашён. Он был галантен, расцеловал меня, мы обсудили, как красиво украшено место регистрации, и я была рада видеть знакомое лицо, ведь, по сути, в зале я находилась одна. Максим был свидетелем, поэтому меня развлекал Георгий, а других гостей знакомых мне, кроме, конечно, жениха, не было..
-Ты восхитительно выглядишь. – Георгий внимательно осмотрел меня, и всем видом показал, что сражен, даже принял неуместную позу а-ля «обморок».
-Ты тоже. – вежливо сказала я, пытаясь унять смущение.
-Ни в какое сравнение...
Не успел Георгий договорить, Максим уже подхватил меня за талию пошёл знакомить с родителями. Руки в панике начали трястись, в голове паника, ноги ватные. Мне так хотелось им понравиться, мне необходимо было время, чтобы подготовиться, настроиться… но…
-Мама, папа, это Белла.
-Очень приятно познакомиться. - Я произносила это как в тумане, чувствуя, как щеки розовеют.
-Красивая девочка. – лишь сказала его мама.
Так меня оценили родители Максима, может они забыли добавить "очередная". Пара средних лет, приятные, но пообщаться с ними особо не пришлось. Такое мероприятие, я все понимала.
Хорошо, что Георгий был рядом, я совсем никого не знала, а публика была своеобразная. Высший свет. По родственникам и друзьям невесты стало понятно, что брак — это расчёт со стороны Александра, старшего брата. Невеста мне совсем не понравилась, ни внешне, ни как она обращалась с Сашей, как разговаривала с подругами и родителями. Избалованная девица. Но вкус у неё был: платье, убранство пристани, само место регистрации, да и жених хорош.
Регистрация была трогательной, но я смотрела только на Максима, а он на меня. Мое сердце замирало, от этих взглядов. Я любовалась, меня распирало от гордости, что самый красивый парень мой, и он смотрит на меня, когда все смотрят на жениха и невесту.
Хороший банкет, места у нас одни из лучших. Максим постарался. Родители его как-то с сочувствием смотрят на меня, это смущало, конечно, меня, еще как. Под такими взглядами кусок в горло не лез. Настал небольшой перерыв, и многие гости покинули зал, в том числе и я.
Я вышла в холл, где услышала голос мамы Максима. Она разговаривала с родственницей, я отошла и встала в очередь в уборную, но на самом деле, мне хотелось услышать, о чем они говорят, потому что я услышала обрывки фраз, где фигурировал Максим и я.
- ….Белла такая милая, добрая. Я вижу, как она смотрит на Максимку. Он тоже влюблён, но ……- Не слышу, девушка рядом очень громко говорит по телефону. - …..Предохранялись бы. …. жизнь не заканчивается…… ещё будет.
Я слушала с недоумением.
- Не знаю говорила я тебе или нет, но он так же встречался с девочкой, а потом ...- снова слова его мамы растворяются в общем шуме-.... другая. Так Ариша руки на себя ....- Мне хотелось шыкнуть на болтливую девицу -... раз накладывала, и вешалась, и травилась. Рыдала у меня на коленях. Ну а что я с ним сделаю, как заставлю то. Я никому такого не пожелаю. ….лишь бы не влюблялась сильно.
Я была шокирована, ни слова не могла вымолвить. Я направилась в туалет, чтобы забиться в кабинку и прийти в себя.
- Слишком поздно. - повторяла я себе, растирая слезы сидя на унитазе.
Я пропала, что мне делать, может так не будет со мной. Может мы будем вместе всю жизнь и умрем в один день. Когда я заходила в кабинку, я не обратила внимание, что кто то шумит в соседней. В голове шумело, слова Марии Александровны кружилась в моей голове, как старая пластинка, которая раз за разом перескакивает на одно и то же место:" Вешалась, травилась, вешалась, травилась".
Я представила мучения этой девушки, возможно он был у неё первым. Возможно, он так же хорош в "этом" как в поцелуях. Его поцелуи не забудешь. Как представлю, что не смогу его поцеловать, конечно в петлю полезешь.
Ритмичные звуки вывели меня из раздумий, кто-то занимался сексом в соседней кабинке. Я улыбнулась, вытерла слезы и сопли туалетной бумагой. Решила, что жизнь одна, и будь что будет, и вышла потихоньку, ополоснула руки, побрызгала водой на лицо, промокнула его салфеткой, посмотрела в зеркало и подправила последствия своих рыданий. Почти вышла из туалетной комнаты, как вдруг из той самой кабинки вынырнула девица с огромным декольте. Это была свидетельница. Растрепанная она, поправила бретельку и сделала жест рукой, мол иди. Я вышла, улыбаясь.