Тут я придумал задание для Андрея. Заглянул к нему в комнату, попросил найти мне всю информацию про Крыскина Эрнеста Вольдемаровича и Крыскину Ларису Сергеевну, а после вернулся обратно.
— Так вот. Предположим, что у города есть некоторая недвижимость. Так?
— Так.
— И город эту недвижимость сдаёт во имя пополнения бюджета. Так?
— Боюсь, что совсем не так, — покачал головой Панкратов.
— Но доказать-то мы этого не сможем. Допустим, арестуем мы Крыскину, предъявим обвинение в том, что её брат-муж-однофамилец выступал посредником на сделках по аренде, а деньги распиливал. И что дальше? Нам скажут: «нет, всё не так, деньги в бюджет поступали, вот они»…
— Ах-ха-ха! — вдруг засмеялась у меня за спиной Рыжикова. — Представляете? Если эти документы действительно имеют юридическую силу, то в качестве наказания мы можем устроить пойманному коррупционеру «шпицрутен».
— Ох уж эти заимствования, — вздохнул Панкратов. — Ксения Константиновна, голубушка, поясните. Что это значит?
— Это значит, что мы можем прогнать взяточника голышом через строй солдат, которые будут хлестать его ивовыми прутьями.
— Как интересно.
— Единственное условие касается толщины прута. В мушкетный ствол должны влезать три штуки. О! А вот ещё забавное! Провинившегося можно заставить пройти по центральной улице в колодках. При этом обмазать его грязью, дёгтем или… ой…
— Что?
— Грязью или дёгтем, — Рыжикова резко покраснела. — Простите, что отвлекла. Продолжайте.
— Так вот, — действительно продолжил я. — Не получится у нас с наскока помощницу мэра взять. Сперва отмажут, а потом переведут, уволят, спрячут… документы задним числом подделают. Короче говоря, напугаем, но настоящую возможность упустим.
— И что же вы собираетесь делать, Сергей Романович?
— Пока что ничего. Во-первых, предлагаю подождать пока Ксения Константиновна составит свод законов, по которым мы можем действовать. А во-вторых, собрать более внушительную доказательную базу.
— Ну допустим. А…
— Готово! — крикнул из своей каморки Брюллов.
— Пойдёмте лучше посмотрим на Эрнеста Вольдемаровича, — предложил я.
Панкратов согласился, Ксюша тоже отвлеклась от работы, — девчонка вкатилась в процесс на все сто, — и мы дружно пошли глядеть на Крыскина. Кое-как втиснулись в комнату Андрея, ну и поглядели.
— Ой, — первой прокомментировала Ксюша. — А это так выглядят маги-физики?
— Так выглядят не маги-физики, а качки-химики, — ответил я.
На экране ноутбука Брюллова был изображён с перебором мускулистый мужик. Аккуратная модельная бородка, причёска а-ля непоставленный ирокез, солнцезащитные очки и обязательный для подобного рода снимков голый торс. Мужчина стоял перед зеркалом на фоне тренажёров и фотографировал себя на телефон. И было ему на вид лет двадцать пять, ну максимум тридцать.
— Это её сын, получается? Или брат?
— Чей? — вмешался Андрей.
— Ларисы Сергеевны.
— Нет, — ответил айтишник. — Это её муж.
— Вот как. Молодые у нашего мэра помощники, — задумался я. — Или нет? Скажи, а ты не узнавал случайно, сколько лет самой Ларисе Сергеевне?
— Узнавал. Пятьдесят три.
— Ох…
— Вот только в соцсетях у Эрнеста Вольдемаровича почему-то нет ни одной совместной фотографии с женой, — Андрей почесал в затылке. — У жены есть, а у него нету. Странно, да?
— Ага, — кивнул я. — Интересное семейство. Выясни, пожалуйста, где сделан снимок.
— Сделаю.
Новые данные я получил, Андрюшу Брюллова похвалил, и задумчивый вернулся обратно в большой зал.
— Значит так, — решил я. — Будем продолжать искать встречи с Эрнестом Вольдемаровичем. Что-то мне подсказывает, что при нажатии на правильные точки, он сам с удовольствием сдаст свою… не-самую-молодую жену.
— Звучит, как план, — согласился Панкратов. — А в остальном что делать? Пока Ксения Константиновна добивает свою задачу?
— Ищите, Михал Михалыч. Ищите злодеев. Ну или хотя бы подумайте, где их лучше всего искать.
— Жаль, что мы не в Ярославле, конечно, — огорчился Михал Михайлович. — Там ведь стадион строится. Вот где антикоррупционеру раздолье.
— Ну тут уж извините, — я развёл руками. — Что имеем. Найдите кого-нибудь здесь. А я пока что с вашего позволения ненадолго отъеду.
— Опять друзья отца?
— Дядька, — не стал врать я. — По материнской линии.
Съездить к нему я собирался в любом случае, а тут вдруг подвернулся технический перерыв. Не знаю, насколько плотно они общались с отцом во время моей учёбы, но вдруг? Сейчас я буду рад любой зацепке.