— Что, простите?
— На «Экстрасенсорную Битву», — повторила баронесса. — Они завтра где-то на берегу Плещеева серию снимать будут. Попробую взять интервью у кого-нибудь из этих ряженых идиотов, — и снова начала дразниться: — Позовите Олега! Позовите Олега!
А вот это я, пожалуй, запомню. На ус намотаю, так сказать.
Карма до сих пор не побаловала меня энергией после ареста графа Григорьева, и потому Слеза разряжена подчистую. И думается мне, что «Экстрасенсорная Битва» — это отличный способ её зарядить.
Как? Мысли уже есть, но сейчас не об этом.
— Михаил Михайлович, — я встал с кресла. — Хотел бы пошептаться с вами наедине. Налейте девушке выпить, чтобы не скучала, и отойдём.
— Сию минуту, Ваше Сиятельство.
Сказано — сделано. Варвара Викторовна осталась в цепких лапках Тка Кай Бок, а мы с тайником заперлись в комнате Брюллова.
— Хорошенькая, да? — первым же делом спросил Панкратов, а я ответил:
— Надо брать.
— В «контору»?
— Да.
— Кем?
— Осведомителем и внештатным сотрудником. Как по мне, возможность уникальная. Провинциальные чиновники боятся провинциального телевидения, так уж повелось. Это во-первых. А во-вторых, если мы подружимся и сработаемся с Её Благородием, то сможем задавать повестку. Причём задним числом, и всякий раз выставляя себя молодцами. Я ведь буквально час назад обещал Императору раскачанный бренд, верно?
— Верно.
Панкратов поднял бровь. Задумался. Затем его усы исполнили ритуальный танец сомнений, и тайник продолжил:
— Однако я не уверен, что барышня действительно сможет быть нам полезна. Признаюсь, я буквально покорён спелыми молодыми персями Варвары Викторовны, но вот в её профессионализме очень сильно сомневаюсь.
— «Сиськи по пуду, работать не буду», — вспомнилась мне чудесная пословица. — И в этом тоже масса плюсов. Мы…
— Стоп! — попросил Панкратов, расплывшись в улыбке. — Мы будем писать сюжеты вместо неё?
— Ну конечно! А тётушка, на которую спихнули проблемное дитя, придёт вне себя от радости. Ведь любой репортаж за авторством Варвары Викторовны для неё будет всё равно что детская поделка из любви и шишек. Ну как же племяшке отказать?
— Перспективно, — кивнул Михал Михалыч. — Рано или поздно может стрельнуть.
— При этом сами мы ничего не теряем.
— А вы негодяй, Сергей Романович, — улыбнулся Панкратов.
— Вы тоже.
С тем мы пожали друг другу руки и вернулись обратно. Как по мне, играть с Успенской-Меренберг в манипулятивные игры было совсем не нужно. Ситуация ведь какая? Ситуация «вин-вин». И потому я предельно честно озвучил ей все свои планы.
— Варвара Викторовна, а как вам идея поработать в антикоррупционном отделе?
— Зачем?
— Затем, что указом Его Величества в городе, где вы ведёте свою журналистскую деятельность, был основан такой отдел… ой, — улыбнулся я. — Проболтался. А вы и не в курсе были, что это инициатива с самых верхов, да? Что-то такое слышали, а особого внимания не обратили. Вот вам и эксклюзив, кстати. Что насчёт интервью с членами нашей команды? Молодой гений юриспруденции, которому Император доверил писать устав? Хакер? Михаил Михайлович в конце-то концов? Я?
Варвара Викторовна нахмурилась. Задумалась. И ради такого даже прогнала Тка Кай Бок:
— Хватит! — рявкнула баронесса и вывернулась из захвата. — Если честно, то мне всё это не нравится. В чём подвох?
— Подвоха нет. Вы формируете положительный образ нашей «конторы» в СМИ, а взамен почти всегда имеете материал для своих репортажей. Но это лишь верхушка айсберга. Как думаете, что скажет ваш отец, если узнает, что его грешная дочурка встала на путь исправления и трудится в отделе, который курирует лично Его Величество?
Насчёт последнего приврал, да… а вот остальное вроде честно.
— Ещё и работать не надо, — выложил я на стол последний козырь. — Мы с господином Панкратовым сами себе прекрасные политтехнологи и потому в состоянии написать текст, который ваша прекрасная головушка произнесёт на камеру.
— Каковы мои гарантии? — Варвара Викторовна подозрительно сощурилась, забылась и машинально отхлебнула из кружки. — Фу! — передёрнула плечиками и уставилась на Панкратова. — Да как вы это пьёте?
— Гарантии, — повторил я. — Официальное трудоустройство. Как только наш юрист закончит с уставом, мы впишем вас в сотрудники «конторы». И как только мы раскроем какое-нибудь действительно громкое дело… а рано или поздно мы его обязательно раскроем… так вот! Когда это произойдёт, я лично напишу характеристику для вашего отца. Ну так что? Идёт?