– Я дождалась. Не хочу уходить от тебя. Ши-мель останется? Ши-мель хочет быть со мной?
Стремительно подошёл к ней, стремительно обнял, поцеловал её. Угодное Богу…
– Обвенчай нас, – час спустя большая часть игроков сборной Литвы по баскетболу всё ещё оставалась в спортзале. Ушли Римлянин с Коксом, ушёл Кость. AWP с Внуком устроили конкурс дальних бросков, остальные на противоположном кольце играли в «кузнечика». Вошедший Шмель подождал, пока мяч попадёт в кольцо, и забросивший без отскока от пола, Заяц благополучно перескочит «сгораемые» тринадцать очков, и тогда заявил:
– Обвенчай нас.
Заяц, готовившийся бросать с линии штрафных, аккуратно положил мяч на пол. Синхронно присели на корточки Балу с Максом. Под кольцом, тремя вершинами треугольника остались Уж, Шмель и Демон.
– Обвенчай нас. Ты можешь.
– Шмель…
– Дима, не лезь!
– Шмель, ты сейчас какую-то ерунду придумал. Сказал бы “как всегда”, но это круче чем всегда. Сколько ей, десять?
– Тринадцать. Дима, пожалуйста, не лезь. Я знаю, что делаю.
Не мешая братьям выяснять отношения, как будто даже и не замечая их, беззвучно шевелящий губами Уж отошёл к стене. Демон тихо переспросил:
– Ты знаешь, что делаешь? Что же ты делаешь, брат?
При слове «брат», голова Шмеля дёрнулась. Шмель поднял лежащий у ног Зайца мяч – Заяц благоразумно отошёл в сторону.
– Отдаю долги, брат, – бросил мяч Демону, машинально отшагнул назад, за трёхочковую дугу, принял мяч. – Перед тобой, но раз ты слишком горд, чтобы принять их от меня, то, видимо, ей.
Шмель бросил, проследил как мяч залетел в корзину.
– Или Богу.
Мяч покатился по полу. Балу сделал движение чтобы поднять его, но Демон оказался быстрее. Перебросил Шмелю.
– Хочу заслужить прощение, – Шмель принял мяч и аккуратно повёл вдоль линии. – Не твоё, ты слишком высокомерен, чтобы простить меня, брат… – бросил из правого угла, сразу же понял, что не попал, побежал, забрал подбор из рук не успевшего подставить спину Демона, повторил бросок. – Хотя бы своё…
Демон, снова начав покусывать губы, вернул мяч вышедшему на периметр Михе. Тот продолжил.
– Обрести достоинство. Опять – не в твоих глазах, ты слишком жаден, чтобы считать достойными хоть кого-то из братьев, мы все никто перед тобой. И даже не в их глазах. В своих.
Шмель побежал на кольцо, но в последний момент Демон подставил руку, перехватывая мяч. Развернулся к кольцу, проследил как по инерции пролетает дальше брат, забросил в кольцо. Взял мяч, ушёл за линию. Посмотрел на оправившегося после падения Шмеля:.
– Защищайся.
«Дворняги» выпрямились в полный рост.
– Пятихатка на Демона, – шепнул Балу. Макс покачал головой:
– Шмель, по-любому.
Вместе с оказавшимся рядом с ними Андреем отошли на край площадки. Подтянулись Пранас и Ромас. Только Жильвинас, продолжая шевелить губами, остался стоять сам по себе, но и его глаза, осознанно или нет, следили за движением мяча. После разбитого на первые три владения монолога Шмеля и короткого, словно плевок, ответа Демона играли молча. Играли сосредоточенно. Огнев старший плохо попадал, но отрабатывал в защите, Шмель старательно забирал все подборы и раскачивал брата причудливыми узорами ведения. При счёте 19:18 Демон вернул мяч забившему девятнадцатое очко Шмелю и прилип к брату, так, что между ними не осталось и двух сантиметров.
– Ты её хоть немного знаешь? Ты готов жить с ней? Ты вообще готов любить?
Шмель прыгнул с отклонением назад и выбросил мяч. Оба брата не отводили глаз друг с друга. Откуда-то со стороны донесся голос Макса:
– И пятьсот евро переходит в карман общепризнанного гения спортивных ставок! Уверенная победа Шмеля! Ура!
Дмитрий, пристально глядя в глаза Михаилу, кивнул:
– Хорошая игра.
Резко замахнулся, неуверенно хлопнул Миху по плечу и вышел из зала. Шмель зачарованно потёр место, куда секунду назад легла ладонь брата.
– Хорошо. Если ты не передумаешь и она согласна – я, кажется, могу это сделать. Я обвенчаю вас.
Возвращаясь с тренировки наткнулись на расположившихся в холле на диванчике Лиздейку с Мигелем. На столе перед мужчинами лежала раскрытая местная газета.
– Мигель говорит, нас во врагов местного населения записали. Журналисты утверждают, что мы специально Нигерии проиграли, чтобы она, а не Венесуэла, в четвертьфинал вышла, – сообщил команде менеджер. Кишкис, не игравший на последних владениях, хмыкнул: