Я прыгнул в темноту дерева, споткнувшись, укатился к дальней стене, повторяя свист, только теперь чуть протяжнее. Я звал его.
Ответ в загадке был тем, что: «Ветер зовёт Скитальца, указывая путь».
И змей, ведомый звуком, потянулся за ним, разворачиваясь и направляя себя в мою сторону. Я на мгновение успел порадоваться, что получится его укрыть и защитить, но тут на нас обрушилось нечто, название чему у меня отсутствовало.
Очередная зависшая сияющая стрела закрутилась, нагоняя столько ветра, сколько помещается в целом урагане.
Птичьи перья и мелкие вещи взметнулись в воздух, закручиваясь в страшный витой столб с в немыслимой скорости. Гия отпрыгнула, я видел, как мелькнула мухоморная шляпа и всё её пыльцевое облако закрутило и унесло в пропасть.
У меня сердце оборвалось. Я вновь засвистел, стараясь удерживать нужный тон. Ногтями я скрёб дерево от напряжения и страха. Мысли бились в ужасе от осознания того, что мы остались совсем без защиты.
И словно в довесок к этому, на Скитальца обрушились стрелы. Мне показалось, что их были десятки, но на деле это сказалось кружение моей головы. Однако, судя по рёву змея, становилось ясно, что снаряды попадали в цель, пробивая его чешую.
«Твари!» — взвыл я сам в себе чужим голосом. У него одна жизнь! Одна кожа! Одна навсегда! Как они могут нападать на него? Зачем?! Скитальцы неприкосновенны!
Я облизал пересохшие губы, вкладывая свои эмоции в новый зов. Змей словно его почувствовал, прекращая отвлекаться и, шипя, перебарывая свою боль, пополз внутрь древесной темноты.
Я обходил стороной, вжимаясь в дерево. Мне срочно нужно было выбираться наружу, чтобы добраться до чемодана и заняться зельями. Подмога нужна ему больше, чем зáмершей. И, насчитав восемь торчащих из него стрел, я понимал, что чем скорее — тем лучше.
Спустя мгновения мы со Скитальцем поменялись местами. Змеиное тело полностью погрузилось в темноту, разворачиваясь и укладывая кольца. На меня навалился удушающий грибной запах, захвативший всю полянку. Стараясь дышать осторожно, я, с болью в душе, бросился к раскуроченным ветром вещам. Чемодан лежал опрокинутый, настежь распахнутый — он был похож на вспоротого зверя с вывернутым нутром.
Я собирал на ходу то, что уцелело: склянки и инструменты, припадая на колени возле своей сокровищницы и хватаясь за заднюю стенку, поднял её.
Мгновение дрожащая тишина в голове и хлынувший дождь вопросов.
Что предпринять? Что потеряно из-за стихии? То была магия? Или только зачарование? Нет, не туда потекли мысли. Нужно сосредоточиться на главном.
Раны от стрел: снаряды убрать, остановить кровоток, обеззаразить, закупорить отверстия. И постараться сделать всё так, чтобы змей от боли меня самого не сожрал.
За моим затылком просвистела стрела, шевельнув волосы и вонзаясь в корень.
Я дёрнулся вперёд, врезаясь лбом в чемодан и холодея от понимания собственной глупости: это не дом, где ждёт раненый — это место битвы. Воздушной, дальнобойной. От того крайне опасной. Нужно быть внимательней, чтобы избежать попадания. У Гии ловко получается уклоняться от снарядов, но у меня-то в этом опыта нет. Мне просто всё ещё очень везёт.
Я окинул быстрым взглядом полянку, стараясь найти безопасный участок. С одной стороны, по корню ближе к основанию дерева, остались несколько целых кристальных шипов — они смогут стать преградой для одного стрелка, но я всё ещё буду открыт для второго. Значит, нужно скрыться у другого корня, чтобы первому мешали кристаллы, а второму само дерево.
Ухнув самому себе я, схватив в охапку чемодан, пригибаясь, бросился в сторону, удивляясь тому, как смог отпрыгнуть от вонзившейся в землю стрелы возле моей ноги.
Внутри нагнеталась ярость — зачем всё это?! Зачем они нападают? И кто эти — они?
Я почувствовал странный острый ветер от только что прилетевшего снаряда. Волосы встали дыбом, и между лопатками засвербело от непонятного мне ощущения. Всё нутро сжалось.
— НАВЕРХ! — так мощно прогремел голос зáмершей, что я подпрыгнул от неожиданности и очень вовремя: этот ветер тонкой невидимой полосой прошёлся в мою сторону серпом, вгрызаясь в корень и оставляя в нём глубокую отметину.
Кровь застыла в жилах от осознания того, что это могли быть мои ноги.
Приземлился я на колени. Как с таким бороться?!
Гия зашипела похлеще змея, привлекая внимание. Я обернулся и увидел, как она, яростно крутанувшись вокруг себя, упала на колено, с силой ударяя ладонью по траве. И в то же мгновение вся полянка покрылась мухоморами разной величины. Их шляпки задрожали, сбрасывая бело-жёлтую споровую пыльцу.