— Пойдём. Помощь! Надо. Очень.
Девочка обрывисто бросала слова. От её тона мне стало стыдно за своё промедление, и я только ещё раз согласно кивнул, бросаясь следом за прыткой лисой сквозь тень лесного исполина навстречу неизвестности.
Глава 2
Я следовал за наездницей по тропкам между корней, огибая деревья. Всё это время мне безудержно казалось, что мы увеличиваем шаг и набираем скорость. В момент довольно резкого подъёма по массивному дочернему стволу, обвивавшему исполина, я всё-таки запыхался, когда мы взобрались заметно выше, оказываясь на уровне нижних крепких ветвей.
— Постой… Дай отдышаться минутку… — просипел я, наклоняясь и упираясь рукой в колено. Вторую, несущую чемодан, даже согнуть не мог — мышцы от натуги затвердели.
Лиса остановилась впереди и в два прыжка оказалась рядом, попадая в поле зрения. Мой расфокусированный блуждающий взгляд остановился на её лапах. Я с каким-то необъяснимым спокойствием отметил, что они стали больше и теперь чуть меньше моей ладони. Удивился, теряясь в догадках. Чудеса? Или игра воображения? Или просто померещилось?
Отдышался, выпрямляясь и переложив поклажу в другую руку, осторожно начал разминать первую, внимательно рассматривая сопровождающих.
Они действительно стали больше. Я частично разглядел лицо девочки, с плавными округлыми чертами и чуть вздёрнутым маленьким носом, но глаза прятались в плотной тени её мухоморной шляпы. Я даже смог рассмотреть изящную вышивку на её белом платье; пальцы на руках и босых ногах, тонкие и цепкие, тонущие в грубой рыжей звериной шерсти. Да и сама лисица сильно увеличилась — её голова теперь на уровне моей груди, а снаряжение выглядело почти как обычное.
— Что за чудеса? — обратился к наезднице, показывая, что готов продолжить путь.
Она слегка наморщила нос и, коротко кивнув, ответила:
— Магия леса. Заканчивается, — её голос стал менее высоким, но слова так и остались рваными обрывками. Я подумал, что сама речь ей даётся с трудом, но, получив ответ, успокоился, рысью бросаясь за вмиг умчавшимся вперёд пушистым хвостом.
Скáчки над пропастью на заметной высоте продолжались ровно до того момента, как я выдохся во второй раз. Это случилось перед спуском с широкой кривой ветви, отходящей почти от основания ребристого закомелистого дерева. Я при виде такого препятствия в панике затормозил — у меня же нет лисьих когтей! — и, соскользнув одной ногой, упал на гузно, буквально поехав вниз, протирая штанины и обнимая чемодан для его сохранности.
Меня словно сам лес сберёг!
Без единой кочки я прикатился к твëрдому основанию, по стволу сползая на траву. Запоздало охнув, поднялся, потирая ушибленное место, заодно проверяя целостность штанов и готовясь к продолжению пути. Пройдя под арочным сгибом мшистого корня, где скрылись сопровождающие, я остановился. Девочка стояла рядом с огромной (по меркам их породы) сидящей лисой, держа руку у неё на шее. Как я понял, она, как и зверь, перестала увеличиваться, став размером с обычного человеческого ребёнка. Они молча ждали меня. Видимо, мы достигли нужного места.
Я осмотрелся: это оказалась укромная полянка, между досковидных корней, высотой у ствола чуть ниже моей головы, создающих по-своему уединённое место. Тот, под которым мы прошли, словно ворота дыбился над землёй и утекал в обрыв, к туманной реке. На мгновение мне даже почудилось, что я услышал дробный звук осыпающейся каменной крошки, уходящий эхом вниз.
Само дерево — затянутое мхом настолько, что полностью скрывало кору — выглядело шире и старше многих тех, мимо которых мы мчались сюда. Подробнее разглядеть было трудно, проводники закрывали собой большую область, однако поверх мухоморной шляпы и лисьей головы я увидел верхушку темнеющей древесной полости.
Девочка отошла от лисы и поманила меня за собой, мягким шагом ведя к основанию исполина. Я уловил слабый запах запёкшейся крови и сладковатый привкус подгнивающей плоти. Внутри закопошилась тревога.
Она отошла в сторону, и я увидел, что пустотелое дерево прячет в себе травяную лежанку с босым человеком на ней, лежащем на боку к нам спиной в потрëпанном походном костюме.
Реакция на наше появление отсутствовала, но я остановил себя от поспешных выводов. Мухоморчик, так я про себя назвал девочку-проводницу, просительно посмотрела на меня, заметно волнуясь.